РЕЛИГИЯ И РАЦИОНАЛИЗМ

Перейти вниз

РЕЛИГИЯ И РАЦИОНАЛИЗМ

Сообщение автор Admin в Ср Мар 13, 2013 4:55 pm

ГЕОРГИЙ АНТОНЮК


РЕЛИГИЯ И РАЦИОНАЛИЗМ
(особенности и значение в управлении обществом и человечеством)



В проведенном в данной статье исследовании я применяю разработанную мною научную концепцию чистого (пурического) рационализма, а также излагаю ряд основных положений этой концепции.

* * *

Человек, обладающий сформировавшимся самосознанием, испытывает потребность в мировоззрении, т. е. в образе наиболее существенных черт мироздания (природы, человечества, сознания) и возможностей его познания и практического освоения человеком, с помощью которого он мог бы выявлять и объяснять менее значительные стороны реальности, определять ориентиры, пути, способы, средства реализации своих мышления, переживаний, своей оценки мира, своих потребностей, интересов и своих практических действий в нем. Люди с рациональным сознанием нуждаются в рациональном мировоззрении, а люди, склонные к идеологической вере – в идеологическом, внерациональном мировоззрении.

Если вы, не обладая склонностью к идеологической вере, замыслили стать адептом какой-либо религии, то вдумайтесь, зачем это нужно лично вам? Ведь вы все равно не сможете обрести подлинную религиозно-идеологическую веру.

* * *

Различие между идеологическим и рациональным сознанием, между идеологией, в т. ч. религией как ее разновидностью, и рационализмом является существенным и проходит через фундаментальные логические структуры мышления. Без выявления логических особенностей идеологического и рационального мышления, идеологических и рациональных идей невозможно правильно понять сущность и логические, методологические, мировоззренческие, познавательные и практические возможности идеологии и рационализма.

Управление государством имеет судьбоносное значение для человеческих индивидов, для наций, а если государство крупное – то и для всего человечества. Поэтому опасно обосновывать решения государственной власти вообще не поддающимися практической проверке исходными категорически императивными идеями религий о том, что якобы существуют высшие беспредельные целевые первоосновы (первопричины, первоначала, первосущности и т. п.) мироздания и мироустройства, будто бы являющиеся первичными целенаправленными полными (см., напр., христианство) или основными (см., напр., буддизм) детерминантами ограниченных предметов, в т. ч. природы, человеческих индивидов, общества, человечества: их бытия, небытия, свойств, отношений, судьбы. И вредно привлекать к обоснованию решений государственной власти религиозные идеи, религиозные организации и их идеологов: пророков, шаманов, жрецов, духовенство, теологов, религиозных философов.

Религиозные взгляды – это разновидность идеологии. Существуют также нерелигиозные идеологические взгляды. С позиции рационально-научного подхода все идеологии – это системы идей, в которых умом творцов идеологий безгранично идеализированы в положительную, в отрицательную или в ту и другую стороны жизненно значимые (ценностные) для многих людей предметы мироздания и в которые творцами идеологий заложено категорическое утверждение об осуществимости безгранично идеализированных ими жизненно ценностных (значимых) предметов (совершенного общества, мессии, всемудрого правителя, бесконечной материи, мирового зла и др.). С позиции рационального сознания, которое признает возможность осуществимости только ограниченных предметов и считает практику, т. е. предметно-чувственную деятельность основой познания и решающим критерием истины, в идеологиях жизненно значимый для людей мир изображен в неосуществимом виде (напр., абсолютно совершенное общество) или в недоказуемом логически и практически на предмет осуществимости виде (напр., безграничный мировой дух), поскольку идеологии изображают этот мир безмерно идеализированным в хорошую, в плохую или в ту и другую стороны. Однако идеологические идеи, которые с позиции рационального сознания есть мысленно сконструированные безграничные идеализации предметов мироздания, в идеологиях рассматриваются не как сконструированные умом творцов идеологий идеализации, а как абсолютно истинные образы и правильные проекты осуществимых предметов: или существовавших, или существующих, или поддающихся осуществлению. А поскольку вообще невозможно логически и практически доказать осуществимость безгранично идеализированных предметов, то в содержание идей конкретных идеологий заложено инициирование веры в их истинность как средства категорического признания адептами конкретных идеологий осуществимости безгранично идеализированных в этих идеях предметов.

Вера адептов идеологий в истинность специфических для каждой идеологии идей о существовании безграничных первооснов мироздания и мироустройства (материи, бога, абсолютной идеи, мирового ума, безграничной жизни, ничто, бытия, божественной воли, кармы, дао, законов диалектики и др.) и в то, что эти первоосновы являются первопричинами ограниченных предметов, превращает этих адептов в функцию реализации идеологических идей, а значит, идеологических замыслов творцов этих идей.

Наиболее распространенные, но не единственные разновидности идеологии – это непрерывные во времени и саморазвивающиеся религиозные и философские взгляды. Философия как теоретическая система идей является высшей, самой зрелой и сложной разновидностью идеологии, впервые созданной в 7 – 6 вв. до н. э., т. е. намного позже зарождения религии. Религия является одной из самых древних, наряду с нерелигиозными мифами, или даже самой древней и более примитивной, чем философия, саморазвивающейся идеологией, несмотря на то, что после зарождения философии целостные философские системы (напр., философские учения Будды, Конфуция, Лаоцзы) и элементы некоторых философских учений (напр., философии Пифагора) послужили основой религиозных учений (напр., буддизма, конфуцианства, даосизма) или использовались в качестве существенных компонентов при построении религиозных учений (напр., пифагореизма), несмотря на то, что во многих религиозных учениях теоретически обосновываются сами вероучения (напр., теологией в христианской религии) и создаются для обоснования основополагающих идей религиозных учений философские учения (напр., неотомизм в католицизме) и несмотря на то, что в наше время весьма развитой науки ряд ее идей используется для построения религиозных учений (напр., сайентологии) или в качестве элементов существующих религиозных учений (напр., в католицизме). Поскольку религия ориентирована на массовое сознание, то содержание любого религиозного учения обязательно строится в соответствии с особенностями обыденного сознания, которое характерно для массового сознания, и с использованием средств обыденного сознания, которое не совместимо с теоретическими формами мысли, основанными на абстрактных, в т. ч. на инструментальных идеализированных предметах, используемых в качестве методологического средства теоретизирования. Построение содержания религиозных учений сообразно особенностям массового обыденного сознания я рассматриваю как закон религиозного строительства.

Исходные идеи идеологий о якобы существовании безграничных первооснов мироздания и мироустройства и детерминации ими ограниченных предметов (мира природы и человеческого мира) невозможно проверить на истинность и ложность ни с помощью практики, ни логически. Поскольку наука рациональна и признает возможность осуществимости только всецело ограниченных предметов, то идеология, признающая осуществимыми безгранично идеализированные предметы, ненаучна. В науке для исследовательских нужд тоже создаются идеализированные предметы. В ней идеализируются одна или несколько, но не все, сторон, черт ограниченных предметов. Однако наука не осмысливает первоосновы мироздания. А научные идеализированные предметы (точка, абсолютно черное тело, идеальный газ и др.) рассматриваются как вообще неосуществимые. Рациональное сознание не имеет интеллектуальных средств для оперирования идеями существования беспредельных первопричин, первооснов, первоначал и т. п. и не использует эти идеи ввиду их бесполезности для него. Идеологическое сознание посредством веры признает данные идеи безусловно истинными и использует их для объяснения и переустройства конечных вещей, а также для управления ими.

Каждая идеологическая система идей категорически объявляет свои основные положения абсолютно истинными, причем единственно истинными. Целесообразно различать живые и мертвые идеологии. Идеологии, у которых есть или возможны адепты, можно назвать живыми, а идеологии, у которых нет адептов и они невозможны, являются мертвыми (напр., многие языческие религии). К идеологиям я отношу (учитывая наличие элемента нестрогости в любой классификации): изображающие мироздание нерелигиозные древние мифы; философии с их идеями о существовании безграничных материальных, духовных, неопределенных и иных первооснов мира; религии с их идеями о существовании всемогущих божественных и иных целевых первооснов мироздания и мироустройства; теософские концепции, основанные на эклектичном комбинировании религии, философии и наукообразных средств; формы оккультизма, которые основаны на вере в существование безгранично идеализированных предметов в виде целевых сверхъестественных сил, не рассматриваемых в качестве первооснов мира, и на особых «практических» способах якобы прямого взаимодействия с ними (напр., некоторые виды магии, спиритизма); социальные идеологии (коммунистические, анархистские, фашистские, религиозно-социальные и др.) с их идеями абсолютных спасителей человечества (мессий, гениев всех времен и народов и т. п.), совершенных человека и общества, якобы существовавших в прошлом, существующих в настоящем или неизбежно осуществимых в будущем; идеи, основанные на идеализации природных явлений (напр., русалки, лешие, черти), и др. Если идеологи с помощью своих идеологических идей сумеют породить у людей веру в то, что такое-то общество или такой-то правитель единственно совершенные, справедливые (вследствие будто бы наилучшего проявления в них безграничных первооснов -- воли и мудрости всемогущего бога, абсолютных диалектических законов бесконечной материи и т. п.), то уверовавшие воспримут их идеи как категорическое повеление для своих мышления, переживания и поведения. И тогда ведите их, правитель и идеологический жрец, за собой. Они последуют за вами беспрекословно. Идеологии (философские, религиозные, социальные и др.) содержат ту возможность, которую не имеют наука и социальная инженерия. Это возможность прямого управления сознанием и поведением многих людей в желаемом направлении с помощью их веры в осуществимость безграничных первооснов мира и в их проявление в ограниченных предметах, которое (управление) включает также тотальный контроль над сознанием этих людей.

В содержание религиозных взглядов, признаваемых их адептами абсолютно истинными, закономерно, сообразно сущности идеологии заложено категорическое утверждение о существовании особых безграничных целевых первооснов (первопричин, первосущностей, первоначал и т. п.) мироздания и его устройства. Это один тип категорических идей о безграничных первоосновах мира. Другой тип обладающих категоричностью идеологических идей о безграничных первоосновах мироздания, признаваемых их приверженцами абсолютно истинными – это философские учения (материалистические, идеалистические, дуалистические, метафизические, диалектические, смешанные). Их последователями являются преимущественно высокообразованные люди, поскольку философские учения представляют собой теоретические системы идей, для понимания которых нужна специальная интеллектуальная подготовка. Есть типы идеологических идей о безграничных первоосновах мироздания, тоже обладающие категоричностью, которые выражены с помощью нерелигиозных средств обыденного сознания, в нерелигиозных мифах, в нерелигиозном искусстве с помощью художественных образов. Большинство искренних приверженцев религий не знакомы с содержанием огромного количества нерелигиозных взглядов о существовании безграничных первооснов (первопричин, первоначал, первосущностей и т. п.) мироздания и его устройства или даже не слышали о них и потому не имели и не имеют возможности свободного выбора между религиозной и нерелигиозной верой. Многие приверженцы конкретных религий даже не знакомы с содержанием огромного количества религиозных взглядов и потому не имели и не имеют возможности свободного выбора между конкретными религиозными взглядами.

Все религии основаны: 1. на идеях о том, что якобы существуют объективные безграничные (всеохватные, всепорождающие, всесильные и т. п.) высшие целевые, т. е. целенаправленно действующие причины (силы) (в большинстве религий – это «всемогущие боги» в политеизме и «единый всемогущий бог» в монотеизме), признаваемые приверженцами религий высшими творцами мироздания и его устройства (напр., Бог в христианстве), или высшими регуляторами вечно существующего мироздания (напр., карма в буддизме), от которых будто бы прямо полностью или в основном зависят бытие и судьба каждого человека и которые будто бы полностью или в основном целенаправленно детерминируют бытие и судьбу каждого человека, предоставляя или не предоставляя ему возможность влиять на свою судьбу; 2. на категорическом настаивании религиями на абсолютной истинности своих основополагающих идей; 3. на вере адептов религий в существование высших безграничных целевых причин; 4. на стремлении адептов религий, которое обладает для них силой категорического императива (повеления), согласовать (обязательно также и с помощью культовой деятельности) свои жизнедеятельность, мысли, чувства и волю с безусловно признаваемыми ими в качестве существующих высшими безграничными целевыми причинами, действуя при этом сообразно тому, как высшие целевые причины изображены в признанной ими абсолютно истинной религиозной системе идей. Высшие целевые причины могут пониматься в религиях как материальные (напр., боги в языческих религиях древности), как идеальные (напр., Бог в христианстве) и как неясные по «субстрату» («материалу») силы (напр., карма в буддизме, дао в даосизме). Идея идеального как абсолютно противоположного по «субстрату» материальному и идея существования идеального вне сознания человека в виде объективной безграничной целевой причины мироздания и мироустройства была создана мыслителями-философами лишь в 6 -- 4 веках до н. э. (см., напр.: Будда, Сократ, Платон). Поэтому не все религии родственные идеализму. Но все религии антропоморфные и основаны на вере в существование действующей целенаправленно, подобно человеку, но безграничной первоосновы мира.

Религии не только безусловно признают существующими безграничные целевые первоосновы мироздания и миропорядка, но и рассматривают их как первые детерминанты обладающих границами явлений природы, людей, человечества и их судеб. Этими беспредельными целевыми причинами религии обосновывают в качестве абсолютно правильных принятые ими цели, ценностные ориентиры, нормы поведения, жизнедеятельности и отношений людей. Поскольку каждая религия категорически считает себя и только себя единственно истинной, то в любой из них содержится, хотя не всегда открыто демонстрируется, нетерпимость к иным религиям и к нерелигиозным взглядам (рационализму, пантеизму, панентеизму, панлогизму, панпсихизму, деизму, скептицизму, атеизму и др.). Поскольку подтвердить или опровергнуть практикой, а также логически религиозные (и в целом идеологические) идеи о том, что существуют безграничные первопричины мироздания и его устройства, вообще невозможно, то такие идеи адепты религий (и в целом идеологий) признают безусловно истинными посредством веры, т. е. полной, безусловной, абсолютной уверенности, категорической убежденности, исключающей даже возможность сомнения. Верю, потому что рационально недоказуемо.

Так называемые истины идеологической веры существенно отличаются от рациональных истин, в т. ч. от истин науки. В частности, философская и религиозная вера несовместима не только с сомнением, но и с возможностью появления в ней сомнения. Невозможно обладать неуверенностью в истинности мыслей о существовании беспредельных первооснов и об их проявлении в ограниченных природе и человечестве и невыполнимо частично верить, а частично не обладать верой в их существование и проявление. Человек в состоянии только либо верить, либо не обладать верой в существование безграничных первооснов и в их проявление в ограниченных предметах, поскольку вообще невозможно получить отвечающие требованиям научной рациональности достоверные факты, отражающие фрагменты объективной реальности, на основании которых можно было бы создать проверяемые научные предположения (гипотезы) о том, существуют или не существуют бесконечные первоосновы (первопричины, первосущности, первоначала и т. п.), сомневаться в том, существуют они или не существуют, а также невозможно обрести достоверное научное знание о том, существуют они или не существуют. В отличие от идеологической веры, рациональные научные проблемы, факты, гипотезы, теории имманентно содержат сомнение (см., напр., о тотальном сомнении в концепции фаллибилизма).

Кроме подлинной веры, возможна намеренная игра в веру людей с полноценным рациональным сознанием, не обладающих расположенностью к вере, но по разным мотивам действующих подобно подлинно верующему человеку. Таких людей много. Также есть немало людей, которым кажется, будто они по настоящему верят, но в действительности они не обладают подлинной верой. Данная их кажимость является квазиверой (псевдоверой). Подлинный приверженец веры полностью подчиняет свои мышление, чувства, волю, поступки, действия, жизнь, судьбу имеющим для него силу категорических императивов основным положениям своей идеологии. Категорический императив (повеление) – это закон действия идеологической веры. Людей, склонных к подлинной вере, намного меньше, чем людей, которые обладают рациональным сознанием. Вера тесно связана со страстью, являющейся у ее обладателя доминирующим побуждением к деятельности

Религиозная вера – это интимное состояние сознания верующего человека, его мышления и чувств, не нуждающееся в обоснованиях и не рожденное ими. Оно внеопытное, экстрарациональное, а потому не способно передаваться от одного верующего к другому не только с помощью рациональных доказательств, но и путем внушения. Вера не заразная. Если личность не обладает предрасположенностью к идеологической вере, то даже если она долго проживет рядом с искренне верующей личностью, она не станет верующей. Источник веры каждого верующего в существование безграничных целевых первоначал мира находится только внутри него, точнее, в его личном сознании. Поэтому реально лишь верующая личность в состоянии признать безусловно истинными и полезными те и только те религиозные идеи о существования безграничных первоначал, адептом которых она является. А поскольку вера не поддается передаче, то каждая верующая личность реально в состоянии признать те религиозные идеи, адептом которых она является, истинными только для себя, но не для другого человека, хотя обычно верующие считают положения своей веры объективно истинными и общезначимыми. Признание каждым религиозным верующим своей религии истинной и полезной – это исключительно личное действие, вообще не обладающее общезначимостью и объективностью. Это субъективный, а не объективный, как в рациональном научном доказательстве, акт. Потому всякое не только принуждение одними людьми других людей к религиозной вере, но и попытки одних людей убедить других людей в безусловной истинности конкретных религий и в их полезности для них и даже намеки одних людей другим людям в истинности и в полезности для них конкретных религий противоречат интимной природе религиозной веры.

Люди, генетически предрасположенные к идеологической вере, не могут не верить. Для них склонность к вере в существование безграничных (беспредельных, безмерных) первоначал мира имеет силу абсолютной необходимости, категорического императива (повеления), сходного по неодолимости побуждения с инстинктом и проявляющегося в страстности веры. Бесстрастной веры не бывает. В то же время вера в существование безграничного не способна существовать в свободном от содержания виде. Это всегда вера в существование определенных безграничных первоначал. Однако обретение людьми содержательной веры (религиозной или нерелигиозной) в существование тех или иных безграничных первоначал мироздания не врожденное. С позиции научной идеологоведческой концепции идеологии, обретение человеком, расположенным к вере, конкретной веры следующим образом может быть представлено в чистом, идеализированном, а потому в неосуществимом виде, абстрагированном от субъективных и объективных, личностных и внеличностных факторов, обусловливающих в реальной жизни проявление данного изображенного в чистом виде процесса обретения конкретной веры лишь как существенной тенденции. Но научное исследование процесса обретения веры в неосуществимом идеализированном виде, мысленно очищенном от искажающих этот процесс факторов, позволяет лучше понять внутренний механизм этого процесса.

Обретение конкретной веры людьми, расположенными к ней, в идеализированном виде представляет собой процесс двоякого рода. Во-первых, для части из них -- это чисто свободный выбор ими из существующих взглядов на первоосновы мира одного взгляда как единственно истинного для них. Но этот выбор мыслится ими не как выбор, а как узнавание единственно истинного взгляда на мир. Во-вторых, для немногих из них – это чисто свободное творческое создание ими идей, образов безграничных первооснов как единственно истинных для них, а значит, создание новой идеологии. Но это создание мыслится ими не как мысленное конструирование, а как обретение абсолютной истины о первоосновах мироздания (якобы через откровение, сверхрациональную интуицию, выявление «врожденных идей» и др.).

Если бы расположенная к вере личность была способна пребывать в состоянии своей полной внутренней духовной свободы и имела перед собой все множество созданных и возможных идеологических взглядов на первоосновы мира, то при обретении ею конкретной веры она сама свободно выбирала бы или свободно творила для себя содержание своей веры в виде конкретных идеологических взглядов на безграничные основы мира (напр., в виде конкретной религии или философии), непреложно признавая существующими безграничные первоосновы мира, мысленно сотворенные ею или изображенные другими в выбранных ею для своей веры идеологических взглядах, и подчиняя своей вере в их существование свои мысли, чувства, оценки и действия. Если бы склонный к вере человек обрел конкретную веру путем чисто свободных выбора или творчества, то при следовании ей он ради подтверждения для себя своей конкретной веры был бы обречен непрерывно воспроизводить свой свободный выбор или свое свободное творение. Вера, пока она есть, обладает для верующего силой категорического повеления. Она не способна пребывать в «спящем», неактивном состоянии, в состоянии чистого покоя, только памяти. Вера – это состояние непрерывного напряжения, беспокойства, страдания, побуждения, действия сознания верующего, т. е. его чувств и мышления. Вера занозой пребывает в сознании верующего, не позволяя ему забыть о ней даже на мгновение. Верующий обречен непрерывно идентифицировать свое Я с содержанием своей веры, решая, подлинная ли его вера, а значит, вера ли она. Для обладающей верой личности идеализированный решающий критерий подлинности ее конкретной по содержанию веры – это чисто свободный выбор или чисто свободное созидание ею содержания своей веры. Если верующая личность полностью свободно выбирает или творит содержание своей веры, то это подлинная вера. Однако вообще невозможно достижение состояния полной свободы выбора или творения содержания своей веры. Возможно лишь относительно сильное приближение с помощью различных методов (напр., через медитацию, нирвану и др. ) к состоянию полной свободы выбора или творения содержания своей веры.

Всякая помощь кого бы то ни было склонному к вере человеку при обретении им конкретной религиозной веры и при следовании ей является ограничением его свободы выбора конкретной веры или ее творческого созидания им, а значит, навязыванием такому человеку конкретной веры. Даже если носители конкретной религиозной веры ошибочно категорически убеждены в том, что их вера является всеобщей, универсальной, абсолютной и объективной истиной, а ошибочно убеждены в этом, как правило, все носители веры, все равно религиозная вера в силу своей интимной природы – это только личный, а не совместный, не общий кормчий адептов религий. Поэтому применение религиозных взглядов в качестве проекта и регулятора отношений между людьми также противоречит интимной природе религиозной веры. Если конкретные религиозные взгляды содержат проекты желаемых и описание не желаемых (с позиции принятых ими ценностей) отношений между людьми, а также если они категорически побуждают проповедовать одобрение желаемых отношений, содействовать их сохранению или осуществлению и проповедовать осуждение не желаемых отношений, противодействовать их сохранению или осуществлению, то данные религиозные взгляды в этой своей части несовместимы с интимной природой религиозной веры, противоречат ей. Наличие такого несоответствия в религиях частично обусловлено тем, что их создатели не имели и не имеют достоверных научных знаний объективных законов строительства религий как идейно-идеологических конструкций и потому не создавали и не создают их в строгом соответствии с такими законами, хотя талантливые творцы религий интуитивно улавливали и улавливают некоторые из этих законов.

Однако идеи многих религий, особенно древних, в частности, языческих, но не только их (напр., идеи, которые содержатся в Ветхом завете) формировались стихийно и стали плодом безвестного коллективного творчества многих людей многих эпох и разных творческих способностей, образованности, разной склонности к видам интеллектуального осмысления мира (напр., исторического, философского, социального, художественного) и др., проявившихся в содержании религий. Поэтому в стихийно сложившихся религиях много нестыковок, противоречий в силу чисто механического соединения идей разных авторов даже из разных эпох. Если они не подверглись специальной обработке каких-то талантливых идеологов (напр., теологов), то наличие в них несоответствий законам устройства идеологии во многом обусловлено их стихийным происхождением.

В действительности склонные к идеологической вере люди не в состоянии быть полностью свободными ни в своем выборе конкретного содержания веры, ни в творческом создании содержания своей веры. На выбор и создание идеологических, в т. ч. религиозных идей склонными к идеологической вере людьми влияют являющиеся в определенной мере объективными по отношению к их личной воле особенности их характера, сознания, способность к творчеству, образованность, их социальное положение, социальные роли, потребности, интересы, их устойчивые ценностные установки, ориентиры, нормы, представления о мире, особенности культур и исторических эпох, к которым принадлежат эти люди, и др. Так, исторически обусловленная неразвитость человеческого сознания в первобытную эпоху могла породить религиозную веру только в таких богов, которые мыслились как всемогущие материальные существа. Тогда не только не было идеи идеального предмета как противоположного идее материального, чувственно воспринимаемого предмета, качествами которого обладает, напр., идея бога в христианстве,исламе, но и отсутствовали культурно-цивилизационные условия (социальные, экономические, политические, идейные, лингвистические, художественные и др.) для формирования такой идеи. Идея идеального предмета закономерно создана лишь в процессе объективной и в своей основе стихийной поступательной эволюции сознания и взглядов людей на мир примерно две с половиной тысячи лет тому назад.


Последний раз редактировалось: Admin (Пт Мар 15, 2013 12:05 pm), всего редактировалось 1 раз(а)

Admin
Admin

Сообщения : 239
Дата регистрации : 2013-03-12

Посмотреть профиль http://demiurgos.forum2x2.ru

Вернуться к началу Перейти вниз

ПРОДОЛЖЕНИЕ

Сообщение автор Admin в Ср Мар 13, 2013 4:56 pm

Личности с несамостоятельным, нуждающиеся во внешнем управлении сознанием выбирают или создают идеологические идеи о таких целевых безграничных первоначалах, которые будто бы не предоставляют людям никакой личной свободы, якобы до деталей определяют бытие людей (напр., идеи христианства, ислама, гегельянства). А люди с относительно самостоятельные сознанием усваивают или создают такие идеологические идеи о целевых безграничных первоосновах, согласно которым эти первоосновы будто бы предоставляют широкий, хотя и ограниченный ими диапазон свободы для людей: для их выбора, для их творчества, для их влияния на окружающий их мир и на свою судьбу (напр., идеи диалектического материализма, буддизма, нерелигиозного экзистенциализма).

Однако люди, склонные к идеологической, в т. ч. религиозной вере, и обладающие ею, не обладают самодостаточным, вполне автономным, самоорганизующимся и саморегулируемым сознанием. Они не обладают полной духовной свободой. Так, сознание даже приверженцев «нерелигиозного» («безбожного») экзистенциализма Ж. П. Сартра, который исповедует идею полной независимости личного выбора, в действительности не самодостаточно, поскольку ограничено идеей категорически признаваемой этим экзистенциализмов существующей безграничной первоосновы мира в виде якобы бессодержательного ничто, которое, согласно этому экзистенциализму, будто бы в силу своей бессодержательности порождает возможность для расположенной к полной духовной свободе личности осуществлять абсолютно независимый выбор. Поскольку живая, т. е. способная порождать своих приверженцев и имеющая их идеология носит для ее адептов нормативный характер и имеет для них силу абсолютного закона, категорического императива, безусловного повеления видеть мир, объяснять его и относиться к нему сообразно ее положениям, то тем самым идеология служит ее приверженцам готовым безусловным решением об образе мира и об отношении человека к миру и к себе, истинность или нужность которой они в силу ее категорически нормативной природы не могут подвергать сомнению, не могут проверять, об истинности или ложности, нужности или ненужности которой они не могут принимать решение, истинность и нужность которой они должны признавать посредством веры, а не обоснований и которой им надлежит неукоснительно следовать. Идеологическая вера выполняет для ее адептов, в т. ч. и для ее создателей, методолого-мировоззренческую роль абсолютного поводыря в мире.

Идеологическая вера личности, если она действительно искренняя, категорически побуждает верующую личность неукоснительно следовать основным положениям своей идеологии даже вопреки научным и инженерным доказательствам и здравому смыслу, в противном случае это не вера, а искусственная псевдоидеологическая конструкция, в лучшем случае сказка. Поскольку все идеологии категорически повелительные для верующей личности, то они делают ее неумолимо и всепоглощающе зависимой от идеологических идей. Обладающая искренней идеологической, в т. ч. религиозной верой личность является рабом своей идеологии, своей веры, а идеология является абсолютным диктатором над своим подлинным приверженцем. Так, в христианской идеологии изначально заложен добровольным самопожертвованием Христа во имя утверждения основанной им религии нравственный категорический императив поведения для ее искренних адептов, безусловно повелевающий им жертвовать ради обеспечения ее выживания и утверждения даже своей жизнью. В истории европейской цивилизации было много случаев самопожертвования христиан ради своей веры, а также много случаев уничтожения христианами ради своей религии людей, которых они считали врагами своей веры.

Только исключительно рациональное сознание и рациональный подход в отношении к миру способны дать полную духовную свободу личности. Рациональность наиболее ярко он проявляется в здравом смысле, в науке и инженерии. Как разновидности рациональности, они оперируют идеями ограниченных предметов: причин, законов, пространства, времени, сущностей, качеств, ценностей, целей, потребностей, интересов и т. д. и основаны только на рациональных доказательствах (логических и практических), использующих идеи о таких же ограниченных предметах: причинах, законах, целях, потребностях и т. д.

Рациональные идеи вообще не способны обладать категорическими истинностью и императивностью. И потому они не повелевают непреложно мыслить мир таким, каким он описан в них и столь же непреложно поступать в соответствии с ними. Рациональные идеи подспудно содержат в себе элемент сомнения или возможность сомнения. А безгранично идеализированные предметы («безграничные идеализации», «безгранично идеализированные объекты») используются в науке и в инженерии лишь как средства познания и проектирования, изначально мыслимые неосуществимыми и имеющими в реальности лишь ограниченные прототипы.

Поэтому при рациональном подходе к миру человек личностно отчужден от содержания идей о мире, которые он формулирует сам или которые созданы другими людьми средствами здравого смысла, науки и инженерии. Полученные с помощью них идеи не принуждают его категорически к рассмотрению мира и к действию в мире сообразно этим идеям и вообще никак не принуждают. Рационально мыслящий человек сам свободно решает, используя свои и чужие знания, опыт, рациональную интуицию, насколько убедительны добытые им и представленные здравым смыслом, наукой и инженерией рациональные доказательства. При этом он свободно принимает решение о том, следовать им или не следовать, руководствуясь при этом не категорическими предписаниями, как в идеологической вере, а свободно избранными в качестве своего руководства всецело ограниченными, а значит, реалистичными ценностными ориентирами, идеалами, целями, потребностями, интересами, нормами.

В рамках рационального подхода даже если научные и инженерные знания обладают очень высокой рациональной доказательностью, то они в силу самой своей природы не носят безусловно повелительного характера и не предписывают, в отличие от идеологии, категорически следовать им. При применении рационального подхода личность духовно свободна принять даже заведомо неверное решение. А для искренне верующего намеренные действия вопреки догматам своей идеологической веры являются недопустимым святотатством и категорически запрещены ею.

Рациональное сознание коренным образом отличается от безгранично идеализирующего мир идеологического сознания. Рациональному сознанию свойственны: 1. уверенность в существовании вне нашего сознания внешнего мира; 2. признание решающим средством доказательства существования вне нашего сознания внешнего мира практики как материально-чувственной деятельности; 3. уверенность в существовании вне нашего сознания только ограниченных предметов (предметов с пространственными, временными, количественными, качественными, причинными, сущностными и др. границами) и в существовании нашего сознания и в целом нашей психики и их элементов только как ограниченных предметов; 4. признание невозможности создания рациональным сознанием содержательных идей о существовании безграничных первооснов мироздания и мироустройства; 5. признание необходимости доказательства существования вне нашего сознания ограниченных предметов; 6. признание невозможности полного доказательства существования вне нашего сознания любого ограниченного предмета; 7. признание неизбежности наличия сомнения в доказательстве существования вне нашего сознания ограниченных предметов.

Рациональное сознание с помощью доказательств способно обретать в процессе познания конкретных ограниченных предметов состояние убежденности, уверенности в истинности отражения им реальности. Однако эта уверенность рационального сознания существенно отличается от идеологической веры. Находящиеся в здравом уме и потому осознающие себя конечными существами рационалисты обладают не содержащей возможность сомнения полной уверенностью в своем существовании, которое для них самоочевидно и не поддается доказательству. Это единственная их полная уверенность. Уверенность рационалистов в истинности остальных своих взглядов на мир ограниченных предметов вообще не способна быть абсолютной, категорической и всегда содержит возможность большего или меньшего сомнения. Любое рациональное отражение мира фактически представляет собой предположение о нем, а любое самое доказанное научное знание представляет собой максимально обоснованную научную гипотезу.

Однако описанная здесь полная духовная свобода рационального сознания – это научная идеализация (научный идеализированный предмет), неосуществимая в реальности, но имеющая в ней ограниченный прототип. В действительности свободу принимаемых рациональным сознанием решений ограничивают многие неидеологические факторы, напр., сбои в механизме его работы, в т. ч. в логике мышления, непреднамеренные ошибки, недостаток и несовершенство инструментов деятельности сознания и осмысливаемой информации, рациональные чувства, потребности и интересы, иррациональные побуждения.

Рационализм – это взгляд на мир с позиции особенностей рационального сознания. Это реалистичное рассмотрение мира как мира ограниченных предметов. Это признание возможности существования только ограниченных предметов. Для описания предметов с неопределенными границами рациональное сознание использует понятие «неопределенный» (неопределенная протяженность, неопределенная длительность и т. п.). Рациональное сознание не в состоянии ответить даже с самой слабой предположительностью на вопрос о том, существуют ли безграничные первоосновы мироздания и миропорядка, поскольку в силу существенных особенностей своего устройства оно не способно своими средствами отражения реальности (обобщение, индукция, заключение по аналогии и др.) создавать из знаний о реальности образы безграничных первооснов.

Для научного рационального сознания, занимающегося осмыслением собственных инструментов познания, безграничные первоосновы мироздания и миропорядка – это лишь мысленные безгранично идеализированные предметы, которые оно с помощью научного метода идеализации способно конструировать, но только безотносительно к реальности, лишь формально-логическим путем посредством мысленных лишения границ отраженных или созданных сознанием ограниченных предметов (вещей, процессов, действий, отношений, свойств и др.) и преобразования их в противоположные безграничные предметы, которые (безгранично идеализированные предметы) оно не в состоянии соотнести с реальностью с целью заключения о наличии или об отсутствии в ней их прототипа, поскольку у него вообще нет логических средств мыслить безграничное как объект. По этой причине научное рациональное сознание не в состоянии наполнить формально-логические конструкции безграничных первооснов таким содержанием, которое получают посредством объективного познания реальности. Для него образованные формально-логическим путем мысленные безгранично идеализированные предметы в виде первооснов реальности являются не образами реальности или возможной реальности, а безотносительными к реальности чисто умственными конструкциями. А потому научное рациональное сознание не в состоянии использовать созданные чисто формально-логическими средствами мысленные конструкции безграничных первооснов мира для получения объективного знания о мире, о его ограниченных предметах. Так, рациональное сознание способно с помощью метода идеализации образовать понятие «бесконечный мир» путем мысленного формально-логического лишения границ отображаемой понятием «конечный мир» реальности, напр., «бесконечное – это противоположное конечному». Но рациональное сознание не в состоянии мыслить «бесконечный мир» как объект мысли. Ведь мыслить предмет как объект мышления – это значит мысленно располагать его вне познающего и конструирующего Я как субъекта познания и конструирования. А сделать это возможно, только мысленно обозначив его границы, хотя бы в виде неопределенных. Для приверженца идеологии безграничная первооснова мира не является объектом мысли. Поэтому адепт идеологии признает существование безграничных первооснов с помощью веры.

Для не научного рационального сознания, не владеющего методом создания безгранично идеализированных предметов, безмерные первоосновы мироздания и миропорядка – это лишь наборы языковых знаков, которыми оно не способно ничего обозначить.

Поэтому на вопрос о том, существуют ли безграничные первоосновы мира, рациональное сознание в состоянии лишь молчать. Что рациональное сознание не в состоянии мыслить как объект, о существовании того оно не способно высказаться. Рациональными являются наука, инженерия, здравый смысл, частично – искусство. Научное и инженерное сознание – это сегодня высшие, самые зрелые и сложные разновидности рационального сознания.

Всегда были и будут люди, склонные в силу врожденной предрасположенности своего сознания, своих мышления, чувств и воли либо к вере в существование безграничных первооснов реальности и ее устройства (бога, абсолютной идеи, материи и др.), либо к рационализму, который считает возможным существование вне нашего сознания только ограниченных вещей, свойств, процессов, причин, отношений, а основой познания и решающим критерием истины признает практику. Сознание многих людей одновременно обладает предрасположенностями к вере и к рационализму, которые сожительствуют в нем, хотя и нескладно. Тем, кто верит в существование безмерных первопричин мироздания и его устройства, а значит, объясняет ими природу ограниченных предметов реальности, трудно было бы выживать, если бы они не были способны хотя бы на бытовом уровне рационально постигать природу реально существующих ограниченных вещей. Выяснение того, как совмещаются в сознании одного человека эти его взаимоисключающие типы, не рождая болезненное состояние раздвоения личности – это актуальная научная задача. Знание механизма данного совмещения может быть полезным для выработки методов и методик предотвращения и преодоления раздвоения личности конкретных людей, не обусловленного особенностями их генотипа.

Творцы религиозных взглядов стремятся сделать их жизненным руководством для верующих. Поэтому многие из творцов религий вмонтируют в религиозные системы идей полезные для повседневной жизни людей и проверенные практикой рациональные идеи, отражающие реальные ограниченные вещи, причины, процессы, свойства, ценности, побуждения, действия. Но они обязательно преобразуют эти рациональные идеи, объясняя отражаемую ими ограниченную реальность как проявление категорически признаваемых ими посредством веры существующими безграничных целевых первоначал.

Приверженцы многих религий видят их особую социальную значимость в том, что они якобы являются открывателями, хранителями и проводниками единственно правильных норм морали. В религиях есть нормы морали, полезные для жизни общества, человечества. Но полезность даже самых высоких общечеловеческих норм морали, некоторые из которых содержатся по меньшей мере в мировых религиях, является частичной, поскольку все религии и их адепты категорически признают религиозные нормы морали как якобы порожденные безграничными целевыми первоосновами мира (богами, богом и др.), существование которых не поддается проверке практикой. Категорическое признание в религиях безграничных целевых первооснов первопричинами норм морали ненадежное и может быть даже опасным, поскольку не поддается проверке практикой, не объективно и не общезначимо, а мотивация к исполнению таких норм морали поставлена в зависимость от веры в существование безграничных целевых первоначал, на которую рискованно опираться, поскольку вера как мотив не поддается практической проверке на ее соответствие требованиям жизни. Категорическое признание конкретными религиями безграничных целевых первооснов первопричинами норм морали придает этим нормам силу нравственного категорического повеления только для искренних приверженцев конкретных религий. Если для признанных в конкретной религии даже высоких общечеловеческих норм морали нет нерелигиозных обоснований или нет обоснований в других живых религиях, то такие нормы могут быть не восприняты в качестве императива людьми, не расположенными к религиозной вере или принадлежащими к иной вере. Нравственность – это жизненно важный институт обеспечения жизнеспособности человечества. Поэтому очень опасно и безответственно отдавать ее на откуп религиям, признающих с помощью веры абсолютно истинными идеи о существовании безграничных целевых первооснов мира и о будто бы перводетерминации ими мира ограниченных предметов.

Не все включенные в конкретные религии нормы морали являются оригинальными творениями создателей данных религий. Некоторые из этих норм заимствованы создателями религий из стихийно сложившихся систем морали, из обычаев, из преобразованного в мораль права (например, законы против воровства), из повседневного опыта, из этических правил, разработанных в многочисленных нерелигиозных философских и этических учениях, из конкурирующих религий.

В религиях, которые провозглашают и распространяют в качестве единственно верных нормы морали, имеющие положительное общечеловеческое значение, неизбежно существует противоречие между такими нормами и корпоративной (групповой) моралью (корпорация – ср.-лат. corporatio сообщество), присущей всем религиям и ориентированной на обеспечение жизнеспособности религий как специфических саморегулируемых социальных систем – как систем регулируемых верой идеологических идей, как имеющих собственные цели социальных организаций, как устойчивых групп людей, обладающих обусловленными религиями особыми качествами, потребностями и интересами. Так, И. Христос объявил всеобщее милосердие в качестве безусловно правильной моральной нормы (Лука 6 36 – «Итак, будьте милосердны, как и Отец ваш милосерд»), которую не только христиане, но и многие не христиане признают соответствующей статусу положительной общечеловеческой нормы. Однако для защиты и распространения своего вероучения Христос использовал также конфронтационный корпоративноцентристский моральный принцип, ориентированный на обеспечение интересов его религии (Матф. 12 30 – «Кто не со мною, тот против меня…», Матф. 10 32 – 11 37 -- «…Всякого, кто исповедает Меня пред людьми, того исповедаю и Я пред Отцем Моим Небесным; а кто отречется от Меня пред людьми, отрекусь от того и Я пред Отцем Моим Небесным. Не думайте, что Я пришел принести мир на землю; не мир пришел Я принести, но меч, ибо Я пришел разделить человека с отцом его, и дочь с матерью ее, и невестку со свекровью ее. И враги человеку – домашние его. Кто любит отца или мать более, нежели Меня, не достоин Меня; и кто любит сына или дочь более, нежели Меня, недостоин Меня…»), несовместимый с провозглашенной им нравственной нормой тотального, общечеловеческого милосердия.

Корпоративная мораль предназначена для ее исповедования только членами конкретных социальных сообществ (общностей) и в каждом из сообществ имеет свою специфику. Она замкнута (в отличие от общечеловеческой морали, направленной на реализацию общечеловеческих интересов, на сохранение и повышение жизнеспособности человечества как особой разновидности жизни) на обеспечении интересов сообществ людей как компонентов человечества, ориентирована на обеспечение этих интересов и ее суть состоит в следующем. Нравственным добром является то, что содействует выгоде, отвечает интересам, способствует жизнеспособности прежде всего данной социальной общности: церкви, партии, производственной организации, социальному классу, культурной общности, этносу, нации, государству, союзу части государств, всему мировому сообществу в конкретное историческое время, всему мировому сообществу конкретной исторической эпохи и т. д.

Корпоративность содержит элемент относительности. В границах отдельного человеческого сообщества его компоненты способны быть по отношению к нему носителями корпоративности, а само это сообщество в свою очередь способно быть носителем корпоративности по отношению к более масштабному человеческому сообществу. Самым масштабным человеческим сообществом является все человечество как разновидность жизни. По отношению к нему все его компоненты способны быть носителями корпоративности. Если в религиях противоречие между общечеловеческими и корпоративными нормами морали разрастается до состояния острого конфликта, то оно разрешается адептами религий путем предпочтения корпоративных интересов общечеловеческим. Мне неведома ни одна религия, которая в своем вероучении, в т. ч. в своих ценностных ориентирах, целях, моральных и иных нормах сознательно предусмотрела бы готовность пожертвовать, если возникнет необходимость, своим существованием ради обеспечения общечеловеческих интересов.

Возникновение и функционирование нравственных норм поддается рациональному объяснению потребностями обеспечения жизнеспособности сообществ людей и всего человечества как вида жизни. В процессе исторического развития человечества те ценностные ориентиры, моральные и иные нормы, в том числе проповедуемые религиями, выявили свою жизнестойкость, которые в худшем случае не вступали в конфликт с потребностями обеспечения жизнеспособности человечества как вида жизни, а в лучшем – содействовали им. Данные потребности являются основной причиной рождения этих норм. В отличие от религий, наука способна объективно оценить данные потребности как основную причину ценностных ориентиров, нравственных и иных норм, а также эти ориентиры, нормы и условия, границы их действенности. Наука в состоянии помочь и помогает создавать новые ориентиры, моральные и иные нормы (в экологической этике, в этиках науки, бизнеса, управления, межличностных отношений и др.), совершенствовать прежние позитивные ориентиры, нравственные и иные нормы, а также определять эффективные пути и средства нравственного и иного совершенствования личностей, наций и человечества сообразно потребностям обеспечения жизнеспособности человечества.

Применение религии в управлении государством, которое происходит вследствие сращивания религии с государством, по разным причинам губительно для его жизнеспособности. Одна из таких причин видится в использовании религиозных идей для устройства государства и власти, для обоснования управленческих решений. Поскольку присутствующие в религиях безусловные идеи о существовании безграничных целевых причин природы, человека и его отношений, человеческих ориентиров, норм жизни вообще не поддаются практической проверке, то очень вредно использовать эти идеи (напр., ссылку на якобы божественную волю) для обоснования и принятия оптимальных государственных управленческих решений, для разработки и оценки ориентиров, норм, целей эффективного управления обществом и государством. А судьба государства, действия и воля государственной власти и правителей при использовании религиозных идей в качестве инструмента управления государством ставятся в зависимость от создателей и проповедников религий -- от их веры, интересов, антинаучных взглядов, от истолкования ими религиозных идей.

Неразумно и безответственно руководствоваться тем, что вообще невозможно обосновать с помощью рациональных науки, инженерии или хотя бы здравого смысла и проверить практически. Ведь религии не сводятся только к вере в существование беспредельных целевых первооснов. Они объясняют ограниченные предметы, признанные ими нормы жизни, будто бы единственно истинные для индивидов, общества и человечества, действием якобы существующих безмерных целевых первооснов мироздания.

Применение государственной властью религии в управления государством губительно для него также потому, что это применение неизбежно обусловливает, в ущерб интересам общественного прогресса, ориентацию власти на реализацию специфических целей и интересов (в том числе материальных) религии, ее организаций и служителей культа, на использование критериев, целей и интересов религии в оценке деятельности государства и власти, в обустройстве государственной власти, в проведении внутренней и внешней политики государства, в подборе и расстановке управленческих кадров, порождает контроль государственной власти религиозными организациями и служителями культа, воспитание ими управленческих кадров и всех граждан в религиозных интересах. Сращивание конкретной религии с государством неизбежно ведет к официальному навязыванию с помощью всех инструментов государственной власти всем гражданам ее основополагающих идей в качестве единственно верных и к соответствующему ограничению или даже к запрещению всеми инструментами власти других религий и их организаций, нерелигиозных, в т. ч. научного мировоззрений и вообще всяких идей, действий и их носителей, способных нанести ущерб официальной или поддерживаемой государством религии. Все религии, как и любые идеологии, к которым принадлежат религии, тоталитарные. Они категорически запрещают своим адептам сомнения в их догматах и их критическую оценку, т. к. такие сомнения и критика ведут к ересям в религиях. Поэтому сросшаяся с государством религия неизбежно будет стремиться придать с помощью власти сознанию государственного руководства и всему общественному сознанию родственную тоталитарную форму, естественно, на базе своих идей.

Основное изначальное функциональное назначение государств состоит в обеспечении жизнеспособности первичных ячеек воспроизводства и укрепления человечества. Сегодня такими ячейками являются преимущественно нации. А в условиях усиливающейся интеграции человечества в единый организм одна из основных функций все более распространяющихся по планете прогрессивных правовых государств (и единого мирового государства, если оно сложится) – это не только обеспечение жизнеспособности человечества через обеспечение жизнеспособности наций как основных его ячеек, но и прямое обеспечение жизнеспособности человечества в целом. Обязательным, хотя и недостаточным условием эффективного участия государства в обеспечении жизнеспособности наций и человечества является опора государственной власти только на научно обоснованные и проверяемые практикой идеи, выдвижение ею только таких целей управления и конструирование ею только таких черт устройства общества, которые можно реализовать в конкретные сроки и с помощью поддающихся расчету сил и средств. Лишь рациональное, особенно научное и социально-инженерное осмысление мира способно быть эффективным идейным инструментом управления государством.

Какие бы идеи о безграничной первооснове мира люди ни создавали, законы повышения жизнеспособности человечества как вида жизни в конечном счете обусловливают обустройство ими своего бытия на основе рациональных идей, которые поддаются проверке практикой. Но так бывает не всегда. И сейчас есть теократические государства. В них официальная религия и ее духовенство, теологи сильно направляют жизнь государств, подчиняя их внерациональной вере. Даже ограниченная теократия, т. е. ограниченное обладание религиозными организациями и служителями религий государственной властью -- это всегда духовная и государственная диктатура религии и ее служителей, ущемление ими прав человека, социальный тупик для общества. Даже если в светских, согласно конституции, государствах их правители руководствуются в управлении ими религиозными догматами, то они несут угрозу для нации, а если такие правители управляют мировыми государствами, то они несут угрозу также и всему человечеству.

В конечном счете выживание наций и всего человечества обеспечивается не с помощью религиозных обоснований, а посредством принятия вопреки им рационально обоснованных решений. Так, идеи правового государства и прав человека, которые сегодня определяют облик нынешней западной цивилизации, а в перспективе будут определять облик всего человечества, ведут свое начало от противоположной «христианским ценностям» рациональной светской, хотя и лишь отчасти научной теории общественного договора, особенно от идей Ж. Ж. Руссо (XVIII в.). Согласно ей государство и власть – это не завет бога человеку. Они якобы являются результатом соглашения между первоначально разобщенными людьми, решившими создать государство, и значит, права и свободы в государстве – это чисто человеческое дело. Светская теория общественного договора послужила одной из идейных основ буржуазно-демократической Великой Французской революции 1789—1794 годов.

Согласно же собственно научной концепции прав человека, источник прав и свобод человека, а также их ущемлений и гарантий – это изначально организованные в сообщество люди. Сегодня в развитых демократических странах жизненная необходимость именно государственного обеспечения прав и свобод человека, создающих условия для полноценной жизнедеятельности личности, порождена в первую очередь коренными потребностями современного экономического и научно-технического прогресса, основанного на массовом интеллектуализированно-творческом труде. Обязательным технологическим условием такого труда является заложенная в устройство государства независимость личности, ее неотчуждаемая свобода, в т. ч. интеллектуальная, обеспеченная властью в соответствии с проверенными на практике и закрепленными в международно-правовых актах стандартами прав человека. Личность не способна эффективно творить без свободы.

Admin
Admin

Сообщения : 239
Дата регистрации : 2013-03-12

Посмотреть профиль http://demiurgos.forum2x2.ru

Вернуться к началу Перейти вниз

Re: РЕЛИГИЯ И РАЦИОНАЛИЗМ

Сообщение автор Admin в Ср Мар 13, 2013 4:56 pm

В полноценном правовом государстве в широких границах охраняемых всей мощью государства многочисленных свобод человека, закрепленных в национальных юридических законах и в моральных установках общества, соответствующих международным документам о правах человека, личность всецело принадлежит себе, является полным хозяином своих мыслей, чувств, воли и действий. В таком правовом государстве государственные власть и руководство – не источники, не дарители и не распорядители свобод граждан, а лишь технологические инструменты обеспечения реализации гражданами своих свобод, юридически и морально признанных человечеством в лице мирового сообщества в качестве неотъемлемо принадлежащих каждому человеку от рождения. Высшая же причина, породившая необходимость государственного обеспечения свобод человека – это потребности повышения жизнеспособности человечества и наций как его первичных ячеек на основе рожденных научно-технической революцией (НТР) интеллектуализированных производительных сил, реализация и развитие которых без гарантированной свободы производителей благ не будут эффективными.

Обеспечивать или не обеспечивать юридически признанные мировым сообществом свободы человека – это сегодня уже вопрос не только нравственного, политического и юридического, но и социально-инженерного выбора. Механизм эффективного обеспечения свобод человека сегодня является обязательным компонентом грамотного с позиции социальной инженерии устройства жизнеспособного государства и обязательным условием повышения жизнеспособности человечества.

А, например, взгляд Библии на человека как на «раба божьего» является рафинированной идеологией рабства. Согласно христианству, каждый человек производен от высшей целевой причины (Бога) и потому его бытие всецело зависит от нее. По этому вероучению, нет ничего в ограниченном мире, возможность чего не содержалась бы в Боге, поскольку Бог понимается как единственная субстанция мироздания. Он определяет возможности, условия, границы бытия человека и его свободы воли в соответствии с собственными безмерными помыслами, волей и средствами. Бог в создаваемых им границах наделяет людей возможностью выбора влиять на свою судьбу своими заслугами и прегрешениями перед ним как абсолютным господином. Мнящие себя «богоизбранными» творцы, продолжатели и проповедники христианских религиозных идей по своему усмотрению определяют также, в чем состоят якобы божественные помыслы, воля и средства, кто их реализует среди людей. Но христианство возникло на рубеже перехода от рабства к крепостничеству. Оно выразило массовые психологию и ценности той жестокой эпохи.

Возведенные мировым сообществом в ранг международных юридических норм права человека, фиксирующие свободы граждан, рожденные современными потребностями прогресса человечества и составляющие суть либерального общественного строя и правового государства, разработаны учеными, а не святыми и теологами. Они включают в преобразованном виде положительное содержание действующих общечеловеческих моральных норм, в т. ч. тех, которые закреплены в современных религиях. Но содержание юридически оформленных прав человека не сводится к содержанию только общечеловеческих моральных норм. Оно гораздо богаче. Прогресс в формулировании и внедрении в жизнь общечеловеческой морали в мировом масштабе во многом отстает от прогресса в разработке и внедрении в мировом масштабе общечеловеческих правовых норм прав человека. И ученые рассматривают эти права не как порождение безмерных целевых причин, а как проявление объективных законов, тенденций и потребностей прогрессивного саморазвития человечества в направлении повышения его жизнеспособности

Научный взгляд на природу человека и его свободу несовместим с религиозными взглядами на человека и его свободу. Некоторые религии, желая идти в ногу со временем, пытаются приспособить к своим учениям идеи прав человека, правового государства. Однако на основе религиозных идей невозможно увязать права человека с естественными потребностями свободного развития личности и повышения жизнеспособности человечества как решающими причинами рождения правовых норм прав человека и правового государства. Те религии, которые признают положительную ценность прав человека, рассматривают эти права как якобы проявление безмерных целевых причин. А потому даже на основе тех религиозных учений, которые признают полезность прав человека, невозможно построить полноценное правовое государство и полноценно обеспечивать реализацию свобод человека. В то же время каждой религии присуще свое отношение к правам человека. Иные религиии их игнорируют или отвергают. В отличие от отношения религий к правам человека, наука дает объективные, универсальные и проверенные практикой знания о правах человека. Она рационально обосновывает реализацию прав человека реальными потребностями и объективными законами повышения жизнеспособности человечества, а также обеспечения свободной полноценной жизнедеятельности личности как главной производительной силы.

В зрелом правовом государстве религия строго отделена от государства и приверженность религиозной вере является для его граждан только частным, личным делом. Но правовое государство принимает на себя обязательство обеспечивать реализацию полноценного религиозного плюрализма в обществе и равные условия для нестесненного функционирования и развития религий, а также создать равенство религий перед законом и государством, их равноудаленность от государства. Такое государство отвергает возможные притязания религий на обеспечение с помощью государства их монопольного положения и привилегий относительно друг друга и относительно антирелигиозных и нерелигиозных мировоззрений, в т. ч. отвергает притязания конкретных религий на закрепление за ними канонических территорий, на запрет или ограничение на территориях, которые они сочтут своими каноническими, свободной деятельности религиозных конкурентов и нерелигиозных мировоззрений, а также на запрет или ограничение осуществления религиями прозелитизма относительно друг друга. Правовое государство защищает свободу исповедования религий и не исповедования никакой религии, свободную игру религиозных идей, свободу конкуренции, борьбы, в т. ч. идейной религий друг с другом и с антирелигиозными и вообще нерелигиозными мировоззрениями. Естественно, что правовое государство гарантирует свободу только тем религиям, которые не ущемляют признанные мировым сообществом, в т. ч. ООН права человека, не нарушают законы правового государства. Правовому государству, последовательно отделяющему религию (и всякую идеологию, разновидностью которой является религия) от государства, допустимо сотрудничать с религиозными организациями для решения проблем жизни общества, человечества, но лишь как с такими частными организациями, которые ориентированы на позитивное решение чисто житейских проблем, и допустимо сотрудничать с ними лишь в тех границах, в которых это сотрудничество с ними не может быть ими использовано для своего влияния на государство и общество, для демонстрации, укрепления и распространения ими своих учений и веры. Есть много общественно значимых вопросов, в решении которых религиозные организации в состоянии положительно участвовать совместно с государством, не апеллируя к своей вере и не демонстрируя ее, а исходя только из общегражданской и общечеловеческой позиций. Это, напр., сплочение людей, объединение и повышение жизнеспособности человечества, гуманизация общества, развитие культуры, создание всеобщего мира, помощь страдающим, преодоление несправедливости, зла, распространение высокой морали, добра, милосердия.

Сейчас человечество объективно является высшей и единственной абсолютной позитивной ценностью для человечества, которая служит мерилом остальных его ценностей. Остальные его позитивные и негативные ценности, в т. ч. религиозные, являются относительными, второстепенными. Основными негативными ценностями для человечества являются те, что несут угрозу его существованию, ослабляют его волю к жизни, отвращают его от рассмотрения им себя в качестве высшей и абсолютной позитивной ценности для себя. Потребности повышения жизнеспособности человечества как самоценности, как высшей, абсолютной позитивной ценности для человечества – это достаточное основание для общественно значимых свершений людей. Человечество еще не потеряло волю к жизни, жизненную энергию и не нуждается для побуждения к обеспечению своей жизнеспособности в поиске внечеловеческих, в т. ч. божественных мотивов. Поступай так, чтобы каждое твое действие способствовало обеспечению (повышению) жизнеспособности человечества -- вот проект необходимого в будущем для обеспечения жизнеспособности человечества высшего нравственного категорического правила поведения людей, содержащего одновременно императив, цель, норму и смысл жизнедеятельности (жизни) индивидов. Адепты религий, ищущие достаточные основания для своих деяний якобы во благо человечества вне самого человечества (в боге и др.), тем самым относят себя к особой разновидности разумного, живого и вообще реальности. Они ошибочно мнят себя высшими сверхчеловеческими существами, порожденными и управляемыми верховной безграничной целевой причиной (богом и др.), возвеличивая этим себя над теми людьми, которые скромно считают свое происхождение естественным. Они выводят из основанной на религиозной вере идеализирующей мысли о себе как о сверхчеловеках свое право категорически, безапелляционно продвигать взгляды, цели, нормы и ценности своей религиозной веры в качестве абсолютной истины для всего человечества. Когда адепты религий навязывают обществу себя в качестве богопричастных или причастных к иной безграничной целевой причине и потому в качестве высших существ на Земле, в то время как другие люди сообразно науке считают себя и иных людей естественными созданиями, возникшими по естественным законам эволюции вследствие саморазвития материальной Вселенной, и когда эти адепты ведут себя в согласии с данным взглядом, то это равнозначно насаждению адептами религий религиозного расизма.

* * *

Если тот, кто полагает, что он верит, увидел отсутствие у себя подлинной идеологической веры (религиозной, философской или др.), то он поступит разумно, если не будет загружать зря свои ум и чувства идеологией, а осознанно станет на рациональную позицию.

30. 08. 2008.


См. по теме также другие научные работы автора, являющиеся поступательным развитием им своей концепции сущности идеологии и рационализма:
Антонюк Г. А. Марксистская философия, вера и новый рационализм // Гуманитарно-экономический вестник. Минск, 1997, № 4, Demiurgos.communityhost.ru, 17. 09. 07, Lebedev.ru, 3. 12. 2007, SciTecLibrary, 21. 12. 2007; Он же. Ідэалогія // Беларуская энцыклапедыя. Мн., Беларуская энцыклапедыя, 1998. Т. 7; Он же. Iдэалогія, ідэалізацыя і вера // Гуманитарно-экономический вестник. Минск, 1998. № 2, Demiurgos.communityhost.ru, 4. 06. 2007 (Он же. Идеология, идеализация и вера // Demiurgos.communityhost.ru, 4. 06. 2007, Lebedev.ru, 17. 12. 2007); Он же. Идеология и государство // Субъективные притязания и объективная логика в развитии общества переходного типа: Материалы межд. науч. конф. Гродно, 1998, Demiurgos.communityhost.ru, 8. 06. 2007; Он же. Социальная идеализация, идеология и общество // Гуманитарно-экономический вестник. Минск, 1998. № 4, Demiurgos.communityhost.ru, 6. 06. 2007; Он же. Идеологи и правители (антиидеологическая защита государства и его правителей). // Гуманитарно-экономический вестник. Минск, 1999, № 2, Demiurgos.communityhost.ru, 4. 06. 2007; Он же Объективная цель человечества и его стандартизация. // Восточнославянские страны в эпоху глобализации: Выбор путей развития: Материалы международной научной конференции 26-27 ноября 2003 г. Гродно, 2003, Demiurgos.communityhost.ru, 8. 06. 2007, Lebedev.ru, 5. 11. 2007, SciTecLibrary, 6. 11. 2007; Он же. Правитель, идеологическая вера и рационализм (правителям государств на заметку) // Kreml.org, 1. 03. 04, Demiurgos.communityhost.ru, 8. 09. 07; Он же. Большая стирка мозгов может не получиться // Белорусский рынок (Белорусы и рынок). Минск, № 8, 1-8. 04. 2004; Он же. Идеологическая вера и религиозный экстремизм // Kreml.org, 10. 11. 04, Demiurgos.communityhost.ru, 12. 08. 07; Он же. Деидеализация и антиидеализация как методы рациональной критики идеологии (идеологоведческий подход) // Demiurgos.communityhost.ru, 28. 08. 2007, Lib.mexmat.ru, 12. 09. 2007; Он же. Методы самоопределения адептами идеологий подлинности своей идеологической веры // Demiurgos.communityhost.ru, 18. 09. 2007; Он же. Методика самозащиты от идеологии при анализе научных концепций и социально-инженерных разработок // Demiurgos.communityhost.ru, 19. 09. 2007; Он же. Рациональный и идеологический подходы в управлении Россией // Demiurgos.communityhost.ru, 19. 12. 2007, Kasparov.ru, 19. 12. 2007.

Автор Антонюк Георгий Александрович, доктор философских наук, профессор (Беларусь, Минск).

Бывший адрес текста «ФОРУМ АНТОНЮК. ВМЕСТЕ СОЗДАЕМ ЛИЧНОЕ МИРОПОНИМАНИЕ»: http://demiurgos.communityhost.ru./

Нынешний адрес текста "ГЕОРГИЙ. МИРОПОНИМАНИЕ": http://demiurgos.sosbb.ru./

При использовании помещенных на данном форуме материалов ссылка на его адрес http://demiurgos.sosbb.ru обязательна.

См. также научные работы автора на его однотипных сайтах http://heorhi.livejournal.ru, http://poleschuki.livejournal.ru, http://belorussiyane.ru, http://heorhi.ru.gg, а также на чужих сайтах (http://kreml.org, http://lebedev.ru, http://sciteclibrary.ru, http://dxdy.ru (на http://lib.mexmat.ru), http://kasparov.ru и др.).

Admin
Admin

Сообщения : 239
Дата регистрации : 2013-03-12

Посмотреть профиль http://demiurgos.forum2x2.ru

Вернуться к началу Перейти вниз

Re: РЕЛИГИЯ И РАЦИОНАЛИЗМ

Сообщение автор Спонсируемый контент


Спонсируемый контент


Вернуться к началу Перейти вниз

Вернуться к началу


 
Права доступа к этому форуму:
Вы не можете отвечать на сообщения