НРАВСТВЕННЫЙ КАТЕГОРИЧЕСКИЙ ИМПЕРАТИВ И НРАВСТВЕННАЯ СВОБОДА ВОЛИ

Перейти вниз

НРАВСТВЕННЫЙ КАТЕГОРИЧЕСКИЙ ИМПЕРАТИВ И НРАВСТВЕННАЯ СВОБОДА ВОЛИ

Сообщение автор Admin в Чт Дек 31, 2015 5:33 pm

ГЕОРГИЙ АНТОНЮК

НРАВСТВЕННЫЙ КАТЕГОРИЧЕСКИЙ ИМПЕРАТИВ И НРАВСТВЕННАЯ СВОБОДА ВОЛИ


Данная научная работа -- это применение и развитие моей концепции чистого (пурического) рационализма.

Поскольку я веду исследование на уровне теории, то намеренно использую научные идеализации в качестве инструментов своего исследования. Я сознательно применил здесь к исследованию морали общенаучный методологический познавательный принцип (метод) «коперниканского переворота», который был стихийно применен к исследованию солнечной системы Н. Копе́рником (1473 — 1543), создавшим научную гелиоцентрическую концепцию посредством переворачивания исследовательской позиции, и впервые осознанно примененный Кантом к исследованию мышления и познания и который я определяю как особый перспективный метод научного познания, состоящий в смене лежащей в основе существующей картины мира методологической познавательной позиции на противоположную, ведущую к коренному преобразованию картины мира и парадигмы исследования. Это метод креативно-революционный, т. е. он применяется в том случае, если с противоположной позиции мир до этого не осмысливался или если осмысливался, то это было забыто, как в случае с гелиоцентрическим взглядом на мир, который впервые сформировал древнегреческий астроном, математик и философ Ариста́рх Само́сский (ок. 310 — ок. 230 до н. э.).

Согласно И. Канту (1724 – 1804), «до сих пор считали, что всякие наши знания должны сообразоваться с предметами. При этом, однако, кончались неудачей все попытки через понятия что-то априорно установить относительно предметов, что расширяло бы наше знание о них. Поэтому следовало бы попытаться выяснить, не разрешим ли мы задачи метафизики более успешно, если будем исходить из предположения, что предметы должны сообразоваться с нашим познанием, — а это лучше согласуется с требованием возможности априорного знания о них, которое должно установить нечто о предметах раньше, чем они нам даны. Здесь повторяется то же, что с первоначальной мыслью Коперника: когда оказалось, что гипотеза о вращении всех звезд вокруг наблюдателя недостаточно хорошо объясняет движения небесных тел, то он попытался установить, не достигнет ли он большего успеха, если предположить, что движется наблюдатель, а звезды находятся в состоянии покоя. Подобную же попытку можно предпринять в метафизике, когда речь идет о созерцании предметов. Если бы созерцания должны были согласоваться со свойствами предметов, то мне не понятно, каким образом можно было бы знать что-либо а priori об этих свойствах; наоборот, если предметы (как объекты чувств) согласуются с нашей способностью к созерцанию, то я вполне представляю себе возможность априорного знания. Но я не могу остановиться на этих созерцаниях, и для того, чтобы они сделались знанием, я должен их как представления отнести к чему-нибудь как к предмету, который я должен определить посредством этих созерцаний. Отсюда следует, что я могу допустить одно из двух: либо понятия, посредством которых я осуществляю это определение, также сообразуются с предметом, и тогда я вновь впадаю в прежнее затруднение относительно того, каким образом я могу что-то узнать а priori о предмете; либо же допустить, что предметы, или, что то же самое, опыт, единственно в котором их (как данные предметы) и можно познать, сообразуются с этими понятиями. В этом последнем случае я тотчас же вижу путь более легкого решения вопроса, так как опыт сам есть вид познания, требующий [участия] рассудка, правила которого я должен предполагать в себе еще до того, как мне даны предметы, стало быть, а priori; эти правила должны быть выражены в априорных понятиях, с которыми, стало быть, все предметы опыта должны необходимо сообразоваться и согласоваться. Что же касается предметов, которые мыслятся только разумом, и притом необходимо, но которые (по крайней мере так, как их мыслит разум) вовсе не могут быть даны в опыте, то попытки мыслить их (ведь должны же они быть мыслимы) дадут нам затем превосходный критерий того, что мы считаем измененным методом мышления, а именно что мы а priori познаем о вещах лишь то, что вложено в них нами самими» (Кант И. -- Соч. в 6 томах. -- Т. 3. – М., 1964. – С.87 -- 88 ).

Кант своим сознательным подражанием Копернику в рассчитанном на коренную смену существовавших взгляда на познание, мышление и картины мира перевороте использовавшейся когнитивно-методологической позиции на противоположную позицию и демонстрацией частичной эффективности такого переворота, хотя он сам считал его полностью или в основном эффективным, фактически придал «коперниканскому перевороту» статус глобального общенаучного метода, а точнее, глобального общенаучно-методологического принципа исследования, который Кант осознавал как исследовательский принцип, но не осознавал как общенаучно-методологический исследовательский принцип и который в современной науке не осознается как такой принцип, хотя он неосознанно применялся учеными задолго до Коперника в виде переворота исследовательской позиции и неосознанно применен в виде переворота исследовательской позиции после Коперника и Канта, в частности, его использовал А. Эйнштейн (1879 – 1955) для создания своей теории относительности. Кант рассматривал «коперниканский переворот» не как узкий исследовательский принцип, а как глобальный когнитивный принцип, ведущий к коренной смене взгляда на мир, картины мира и когнитивной парадигмы. Принцип «коперниканского переворота» неосознанно используется также в качестве общефилософского методологического принципа построения философии, в частности, его неосознанно применили в качестве общефилософского методологического принципа построения своей диалектико-материалистической философии К. Маркс (1818 – 1883) и Ф. Энгельс (1820 – 1895), трактуя гегелевскую идеалистическую теорию диалектики с противоположной материалистической позиции. Переворот философской позиции как принцип построения философии неосознанно использовался задолго до Маркса, в частности, Сократом ( 470/469 — 399 г. до н. э.), Платоном ( 428/427 — 348/347 до н. э/), Аристотелем 384 – 322 до н. э.). Каждый основатель серьезного философского учения неосознанно использует в качестве общефилософского принципа построения своего философского учения переворот существующих философских позиций, хотя не всегда осознаёт такой переворот как применения когнитивного методологического принципа. Кант связал когнитивный методологический принцип переворота, т. е. смены существующей исследовательской позиции на противоположную с именем Коперника и под таким именем, полагаю, оправданно применять его в науке, а при его расширительном толковании – и в других областях деятельности. Принцип «коперниканского переворота» неосознанно использовался и используется в качестве общеинженерной методологической позиции и даже в качестве общепрактической методологической позиции. Методологический принцип «коперниканского переворота» как глобальный принцип при его корректном применении, основанном на осознании и учете границ его возможностей -- это эффективное средство научного познания, построения философских, религиозных и иных идеологических концепций, применения в искусстве, в инженерии и в целом в практической деятельности. Глобальный принцип «коперниканского переворота» при его расширительном толковании -- это принцип революции в науке, в идеологии (философии, религии и др.), в искусстве, в инженерии и в целом в практической деятельности, в обществе в целом. В то же время универсальный методологический принцип переворота в его глобальном и узком виде применялся, применяется и при его корректном использовании эффективен для применения в качественных преобразованиях в познании, в искусстве, в идеологии (философии, религии и др.), в инженерии и в целом в практике (см.: Антонюк Георгий. Полифункциональность идеи основы мира в виде вещи в себе в трансцендентальной философии Канта и рационально-идеологический дуализм его мышления http://demiurgos.sosbb.ru, 13. 11. 2012).

Я не рассматриваю здесь вопрос о содержании моральных норм, которое является основным объектом научного исследования морали. Суть примененного мною здесь принципа (метода) «коперниканского переворота» состоит в смене исследовательской позиции при рассмотрении морали на противоположную. Я решил рассмотреть влияние на моральные нормы особенностей логического строя рационального и идеологического мышления безотносительно к конкретному содержанию моральных норм. Этот аспект морали никем не исследован, его даже не замечают, но его осмысление имеет существенное научное и практическое значение, поскольку предметная (т. е. не формально-логическая, а содержательная) логика мышления оказывает существенное влияние на мораль и специфика влияния логики рационального и идеологического мышления на ряд существенных черт морали противоположная. Возможность такой исследовательской позиции у меня появилась вследствие теоретического разграничения мною в выработанной мною концепции чистого (пурического) пурического) мышления посредством выявления в их предметной логике противоположных черт.

В исследовании морали одной из существенных проблем является выяснение того, как наиболее общие особенности логического устройства рационального и идеологического мышления побуждают людей с идеологическим и рациональным мышлением к нравственному поведению, поскольку нравственное поведение, в отличие от правового поведения, осуществляется не по внешнему принуждению. Я акцентирую внимание на этом аспекте морали и подхожу к решению данной проблемы с позиции моей концепции чистого (пурического) рационализма. Согласно этой концепции, существуют два типа мышления, а также два типа соответствующих этим типам мышления чувств, вместе определяющие типы сознания -- это рациональное мышление (и рациональные чувства, рациональное сознание), признающее возможность существования только конечных предметов, не считающее ни один из них абсолютной причиной и не способное содержательно мыслить бесконечное, и идеологическое мышление (и идеологические чувства, идеологическое сознание), признающее якобы существование бесконечной основы мироздания и ее будто бы проявления в конечных предметах реальности. Рациональное мышление использует доказательства в конечном счете с помощью конечной практики, а идеологическое мышление использует бездоказательную веру. На рациональном мышлении основаны здравый смысл, наука и опирающаяся на науку инженерия, в идеях которых присутствуют наряду с проверенными посредством практики знаниями относительные истины, предположения, заблуждения, проблемы, неопределенности. Здравый смысл, наука и инженерия не отстаивают категорически себя как будто бы абсолютную истину. На идеологическом мышлении основаны религия, философия, теософия и другие идеологии, признающие будто бы существование бесконечной основы мира, якобы проявляющейся в конечных предметах реальности, Каждая идеология категорически императивно отстаивает себя как будто бы абсолютную истину не только для их приверженцев, но и для всех людей, причем каждое идеологическое учение только себя признает единственно истинным. Есть также много людей со смешанным дуалистичным рационально-идеологическим мышлением (и со смешанными дуалистичными рационально-идеологическими чувствами, дуалистичным рационально-идеологическим сознанием), в котором присутствуют в разном объеме компоненты рационального и идеологического мышления, либо причудливо и во многом непредсказуемо взаимодействующие, либо действующие параллельно независимо друг от друга посредством чередования. Я не рассматриваю дуалистичное мышление в качестве особого типа мышления. Люди от рождения предрасположены к рациональному, идеологическому и дуалистичному рационально-идеологическому мышлению. которое оформляется в процессе их социализации до их превращения во взрослых людей. Только после превращения личности во взрослого человека она становится способной к самостоятельному выбору или созданию своего мировоззрения.

В предметной логике идеологического мышления действует принцип абсолютности идеологического мышления, состоящий в том, что в ней есть всецело доминирующая предметная логическая форма в виде обязательной мысли о якобы существовании в реальности бесконечного абсолюта и полностью подчиненная ей логическая форма в виде обязательной мысли о якобы проявлении абсолюта как бесконечной причины в конечных предметах реальности. Идеологическая логика обладает однонаправленной иерархической организацией от абсолюта к его проявлению. Мышление существования бесконечной абсолютной причины невозможно рационально доказать, оно признается истинным посредством идеологической веры, т. е. абсолютной категорически императивной уверенности в этой истинности. В предметной логике рационального мышления нет мысли о будто бы существовании бесконечного абсолюта как якобы причины конечных предметов. В ней действует принцип относительности рационального мышления. Он состоит в том, что в нем есть только предметные логические формы в виде обязательных мыслей о существовании конечных предметов относительно друг друга, связанных друг с другом, причинно определяемых друг другом, каждый из которых способен быть лишь относительной, частичной причиной некоторых конечных предметов и относительным, частичным проявлением некоторых конечных предметов. Рациональное мышление не мыслит ни один из конечных предметов бесконечной абсолютной причиной всех конечных предметов, в ней есть лишь относительная детерминистская иерархия мыслей о доминировании одних конечных предметов относительно других конечных предметов. Рациональное мышление доказывает существование конечных предметов с помощью знаний о конечных предметах как причинах. Поскольку невозможно абсолютное рациональное доказательство в силу того, что первичные знания о реальности мышление получает в конечном счёте от органов чувств, которые не способны быть абсолютно надежными с точки зрения достоверности отражения в виде ощущений, то любое доказательство рациональными средствами допускает возможность сомнения, потому уверенность в истинности рационального доказательства содержит возможность сомнения. В силу наличия в рациональном мышлении возможности сомнения его мыслей о конечных предметах уверенность в их истинности не способна обладать категоричностью. Рациональное мышление не способно содержательно мыслить идею якобы существования бесконечного, а способно мыслить бесконечное лишь формально-логически как понятие, противоположное понятию конечного безотносительно к отношению понятия бесконечного к реальности.

С точки зрения моей концепции чистого рационализма рациональное мышление реалистичное, поскольку мыслит идеями конечных предметов, а идеологическое мышление нереалистичное, поскольку мыслит идеями безгранично, в том числе бесконечно идеализированных предметов, которые это мышление считает осуществимыми (существовавшими, существующими, осуществимыми в будущем). Поскольку идеологическое мышление мыслит конечные предметы как будто бы проявление якобы реальной бесконечной основы мира, а бесконечность является разновидностью безграничной идеализации, то мысль о ее якобы конечных проявлениях является безграничной идеализацией конечных предметов как будто бы проявлений бесконечной основы мира. Рациональное мышление в науке и инженерии создает для методологических целей безгранично идеализированные предметы, конструируемые мышлением ради познания конкретных предметов реальности такими, как если бы ничто не ограничивало полное проявление их сущности, в том числе объективных законов в «чистом виде» (напр., точка в математике, абсолютно твёрдое тело в физике, машина Карно в инженерии, абсолютно совершенное общество в социологии), но считает их неосуществимыми, однако имеющими или способными иметь неидеализированные аналоги в реальности, которые безгранично идеализированные предметы отражают в безгранично идеализированном виде. Идеологическое мышление категорически императивное и опирается на недоказательную идеологическую веру, а рациональное мышление не обладает категоричностью, оно опирается на уверенность, которая основана на рациональных доказательствах в конечном счете с помощью практики и неизбежно содержит возможность сомнения (см. о рациональной императивности: Антонюк Георгий. Кант – первооткрыватель категорической императивности, сознательный первосоздатель квазиреальности и рациональная немыслимость его категорического императива http://demiurgos.sosbb.ru, 1. 02. 2013).

Есть рациональная мораль, которая создается личностями с рациональным мышлением и которой следуют личности с рациональным мышлением, и есть идеологическая мораль, которая создается идеологическими личностями и которой следуют личности с идеологическим мышлением. Нравственным категорическим императивом руководствуется опирающаяся на идеологическую веру личность с идеологическим мышлением, а нравственной свободой воли руководствуется опирающаяся на рациональную уверенность личность с рациональным мышлением. Специфика логического строя рационального и идеологического мышления влияет на особенности обоснования рациональных и идеологических моральных норм и на особенности побуждения рациональных и идеологических личностей к поведению в соответствии с рациональными и идеологическими моральными нормами.

Категорический императив – это безусловное человеческое повеление, обладающее для людей силой, сопоставимой с неумолимым действием инстинкта. Однако ему следуют только люди, обладающие идеологическим мышлением. Категорической императивностью обладают идеологические взгляды для их приверженцев. Категорической императивностью обладает для приверженцев конкретной идеологии также повеление человека, являющегося для них безусловным духовным авторитетом в качестве создателя этих взглядов (учителя) или в качестве признанного приверженцами конкретной идеологии последовательного ученика создателя этих взглядов. Категорическим императивом является не допускающее никаких отклонений идейное повеление конкретных идеологий и безусловных для их приверженцев авторитетов этих идеологий обладающим идеологическим мышлением адептам этих идеологий безусловно признавать истинность принятых ими в качестве своих идеологических взглядов и безусловно следовать этим взглядам. Идеологическая вера как абсолютная убежденность является тем средством, которое обеспечивает признание обладателями идеологического мышления в качестве категорического повеления конкретных идеологических взглядов абсолютно истинными и признание повеления создателей этих взглядов и их признанных учеников абсолютно истинным.

Не Кант является изобретателем нравственного категорического императива, который сформировался к моменту возникновения современного человека как вида Homo sapiens. Однако Кант открыл нравственный категорический императив и попытался с помощью него сконструировать совершенную универсальную категорически императивную нравственную норму, приемлемую всеми людьми независимо от их религиозной принадлежности. (см.: Критика практического разума, 1788 – Кант И. Соч. в 6 т. -- т. 4, ч. 1 -- М., 1965). Выделяют две основные формулировки кантовского нравственного категорического императива: «... поступай только согласно такой максиме, руководствуясь которой ты в то же время можешь пожелать, чтобы она стала всеобщим законом» (с. 260) и «... поступай так, чтобы ты всегда относился к человечеству и в своем лице, и в лице всякого другого также как к цели и никогда не относился бы к нему только как к средству» (там же, с. 270). Первую считают самым общим содержанием кантовского категорического нравственного закона, а вторую – конкретизацией этого закона. Кант в конструировании категорического нравственного императива и основанной на нем всеобщей морали рассматривал мораль с точки зрения мотивации ею поступка ее содержанием.

В данном своем исследовании я, в отличие от Канта, касаюсь влияния не содержания морали на ее категоричность, а влияния логики мышления на категоричность моральных норм. Кант не заметил, что любая идеология обладает для ее приверженцев категорической императивностью, в том числе любая религия и что потому нравственные нормы любой религии, а также любой философии и иных разновидностей идеологии обладают для приверженцев этих идеологий категорической императивностью безотносительно к особенностям содержания этих нравственных норм. Кант вообще не выделял идеологию как особую разновидность мировоззрения, противоположную рациональному мировоззрению, и не выделял идеологическое мышление как особый тип мышления, противоположный рациональному мышлению. Не видно в трудах Канта, чтобы он считал философские взгляды категорически императивными для их приверженцев. Возможно, отчасти причиной этого было то, что он обладал, на мой взгляд, не идеологическим, а дуалистичным рационально-идеологическим мышлением и влияние на его мировоззрение в критический период его творчества идеологического мышления было малосодержательным в виде мыслимой им якобы существующей почти неопределенной бесконечной вещи в себе. Более того, мысль Канта о вещи в себе по своей малосодержательности скорее напоминает продукт формально-логической процедуры по созданию универсально-общего для всех философий понятия бесконечной основы мира, в противоположность понятию конечного предмета, чем следствие его идеологических размышлений над реальностью, потому, полагаю, это во многом формально-логическое понятие с минимальным идеологическим содержанием, полученное в значительной мере путем формально-логического противопоставления понятия бесконечного предмета понятию конечного предмета и немного с помощью идеологического мышления. Полагаю, в силу слабого влияния идеологического мышления Канта в критический период его творчества на содержание его мыслей он фактически не руководствовался идеологической идеей вещи в себе и потому ее категоричность могла быть не замеченной им, хотя категоричность не могла не присутствовать в мышлении им вещи в себе по меньшей мере завуалировано. Ведь признание Кантом будто бы существования бесконечной вещи в себе было идейной основой его философского учения, являющегося разновидностью философской идеологии, и потому идее бесконечной вещи в себе не могла не быть присуща категорическая императивность, требующая с помощью идеологически-философской веры безусловного признания ее якобы существования. Однако Кант не замечал свою философскую веру, присутствие которой в его мышлении, возможно, было завуалировано.

Согласно Канту, категоричность нравственного повеления обеспечивает осознание обладающей свободой воли личностью долга в исполнении нравственного закона, будто бы присущего практическому разуму. «Мораль, поскольку она основана на понятии о человеке как существе свободном, но именно поэтому и связывающем себя безусловными законами посредством своего разума, не нуждается ни в идее о другом существе над ним, чтобы познать свой долг, ни в других мотивах, кроме самого закона, чтобы этот долг исполнить. По крайней мере это вина самого человека, если в нём имеется такая потребность, и тогда ему уже нельзя помочь ничем другим; ведь то, что возникает не из него самого и его свободы, не может заменить ему отсутствия моральности. -- Следовательно, для себя самой (и объективно, поскольку это касается волнения, и субъективно, поскольку это касается способности) мораль отнюдь не нуждается в религии; благодаря чистому практическому разуму она довлеет сама себе» (Кант И. Религия в пределах только разума. Предисловие к первому изданию. 1793. -- т. 6. -- с. 262).


Последний раз редактировалось: Admin (Вт Янв 02, 2018 9:35 pm), всего редактировалось 33 раз(а)

Admin
Admin

Сообщения : 239
Дата регистрации : 2013-03-12

Посмотреть профиль http://demiurgos.forum2x2.ru

Вернуться к началу Перейти вниз

ПРОДОЛЖЕНИЕ

Сообщение автор Admin в Чт Дек 31, 2015 5:36 pm


Поскольку любая идеология, будь-то религиозная, философская, теософская и иная, обладает категорической императивностью для их искренних приверженцев, то и моральные нормы в этих идеологиях также обладают категорической императивностью для их приверженцев. Потому оправданно говорить о любых идеологических нравственных нормах как о категорических императивах для их приверженцев. Любая конкретная идеологическая мораль конкретного идеологического учения – это категорический императив для его адептов. Идеологическое учение безусловно повелевает своим приверженцам неукоснительно следовать ее моральным нормам. Но поскольку всякая мораль носит характер принципа и не содержит детализации, которая присуща праву, то последователи конкретной идеологической морали в конкретных ситуациях руководствуются собственными идеологическими представлениями о том, как следует исполнять ее нормы.

Идеологическая личность не обладает свободой воли в отношении морали, которая заложена в признаваемую ею абсолютно истинной идеологию. Мораль, которая является составной частью идеологии, является идеологической моралью. Идеологические нравственные нормы не существуют сами по себе. Они являются компонентом определенной идеологии, в основе которой лежит идея будто бы существования бесконечной основы мироздания. Ссылкой на якобы такую основу обосновывают в конкретной идеологии ее нравственные нормы. Поэтому невозможно принять в качестве своего категорического нравственного закона какие-то идеологические нравственные нормы, не принимая в качестве абсолютно истинной определенную идеологию, в которую включены эти нравственные нормы. Идеологическая личность сперва выбирает в качестве своей веры какую-то идеологию, вместе с которой она автоматически признает в качестве своей определенную мораль. Личность выбирает свою идеологию исходя не из ее частных компонентов (частей), в том числе исходя не из ее морали как части идеологии, а исходя из идейной основы идеологии – из идеи о якобы существовании определенной бесконечной основы мира, будто бы определённым образом проявляющейся в конечных предметах мира (напр., бесконечные бог, материя, вещь в себе, абсолютная идея, абсолютная мировая воля). Однако личность может отталкиваться (иметь отправным пунктом) от каких-то частных компонентов конкретной идеологии, в том числе и от ее морали при выборе этой идеологии в качестве своей и при переходе от одной идеологии к другой, но даже в этом случае она в конечном счете ориентируется на идею о бесконечной основе мира, проявлением которой будто бы является конкретная мораль. Личность, которую не удовлетворяет определенная идеологическая мораль, может не удовлетворять идея о будто бы существовании такой бесконечной основы мира, которая якобы детерминирует эту мораль.

Никакая идеологическая личность не обладает и не способна обладать никакой врожденной идеологией. Она лишь расположена к идеологическому взгляду на мир безотносительно к его содержанию в силу своей расположенности от рождения к идеологическому мышлению и не в состоянии обойтись без него. Данная расположенность с силой объективного закона жестко обусловливает обязательность принятия личностью какого-то идеологического мировоззрения. Однако в общих границах обязательного признания с помощью веры идеологической личностью определенной идеологии в качестве абсолютной истины эта личность обладает определенной относительной свободой воли при выборе определенной идеологии в качестве своего идеологического взгляда на мир. Но и эту ограниченную свободу воли дополнительно ограничивают социальное положение идеологической личности, ее потребности, интересы, особенности характера личности, ее интеллект, образование и иные ее черты, социальные условия, ее отношения с другими людьми и другие конечные факторы, которые способны влиять на выбор ею определенной идеологии в качестве своей, но эти факторы ей не предписывают категорически выбирать ту или иную идеологию в качестве своей, оставляя за личностью возможность не учитывать их или учитывать исходя из обстоятельств.

Для выбора идеологической личностью определенного идеологического взгляда на мир в качестве своего мировоззрения ей необходимо знание многих идеологических взглядов, из которых она сможет выбрать подходящий ей в качестве будто бы абсолютно истинного идеологического взгляда на мироздание. Знание личностью многих идеологий при выборе ею определенной идеологии для себя необходимо ей также для того, чтобы если она не сможет найти подходящий для нее идеологический взгляд на мир, что часто бывает, то сможет ориентироваться на собственное создание своего взгляда на мир. Создатели религий, философий именно так поступали и поступают. Знание личностью многих идеологий нужно ей также для того, чтобы если ее удовлетворяет конкретная идеология, но в ней недостает каких-то идей, в которых нуждается личность, то чтобы она смогла ориентироваться на собственное развитие такой идеологии, что тоже часто бывает. Есть демиурги-учителя, а есть их последователи-ученики, развивающие учение учителя. В действительности никакие идеологические учения не способны учитывать своеобразию их конкретных приверженцев, поскольку они ориентированы на много людей, и потому каждый адепт идеологии вносит в признанную им своей идеологию дополнения, хотя не всегда эти дополнения сообщает единомышленникам, а руководствуется ими единолично.

Никто не в состоянии принудить идеологическую личность к вере в безусловную истинность чуждого ей идеологического взгляда на мир, чтобы он стала для неё безусловно истинным идеологическим взглядом на мир, равно как никто не в состоянии принудить идеологическую личность перестать верить в определенную идеологию. Личность сама выбирает себе определенную идеологию, но выбирает в определенных условиях и в соответствии со своими особенностями, а не безотносительно к ним. Однако мне неизвестны детально механизмы выбора идеологической личностью определенной идеологии а качестве своей идеологии и механизм отказа от признанной ею своей идеологии к пользу другой конкретной идеологии. Переход личности от одной идеологии к другой происходит скачком и без использования сомнения в истинности предыдущей идеологии, поскольку ни сомнения, ни предположения, ни вероятностный взгляд на мир в идеологии невозможные, так как они противоречат ее природе. Однако если идеологическая личность выбрала определенную идеологию в качестве своего мировоззрения, то пока она верит в ее истинность, она полностью подчиняет себя ей, а эта идеология категорически повелевает ею. Как принятие конкретной идеологии, так и отказ от нее в пользу другой идеологии автоматически сопровождаются выбором определенной идеологической морали.

Поскольку признанная конкретной идеологической личностью с помощью идеологической веры в качестве якобы абсолютно истинной определенная идеология обязательно имеет для нее категорически императивный характер, т. е. категорически повелевает ей смотреть на мир и относиться к нему в соответствии с ней, то и мораль этой идеологии имеет для принявшей эту идеологию личности с идеологическим мышлением категорически императивный характер, т. е. мораль любых имеющих свои моральные нормы идеологических учений, в том числе философских и религиозных является нравственным категорическим императивом для приверженцев этих идеологических учений. Помимо конкретного идеологического учения сами по себе определенные идеологические моральные нормы морали не способны обладать для идеологической личности категорической императивностью и вообще никакой императивностью, они для нее чужие. Поэтому оправданно сказать, что идеологическая личность обладает свободой воли в выборе определенных идеологических моральных норм в качестве своего категорически императивного нравственного закона в той мере, в какой она обладает свободой выбора определенной идеологии в качестве своей идеологии, частью которой являются конкретные моральные нормы. Однако личность не обладает свободой воли в следовании морали своего идеологического мировоззрения. Мораль категорически повелевает приверженцу конкретной идеологии, частью которой она является, следовать ей сообразно своему содержанию. Даже создатель определенной идеологии, в том числе ее моральных норм, обладая ограниченной свободой воли при создании своего идеологического учения, поскольку на содержание идеологических идей создателя идеологии влияют, хотя и не категорически его личные особенности, а также окружающие его социальные и иные условия, после его создания теряет свободу воли в отношении созданного им учения и его морали, которые категорически повелевают ему посредством его идеологической веры в их абсолютную истинность следовать им. С точки зрения противоположного идеологии рационального взгляда на идеологию и её мораль искренние приверженцы конкретной идеологии и её морали, даже созданной ими, являются, говоря фигурально, их лишенными свободы рабами. Это означает, что принятие личностью с идеологическим мышлением определенной идеологической морали в качестве безусловного императива своего поведения предполагает веру в ее будто бы абсолютную истинность, поскольку вера в безусловную истинность определенной идеологии в равной мере распространяется на ее компоненты, в том числе на её мораль.

Идеологические моральные нормы носят безгранично идеализированный характер и с точки зрения моей концепции чистого рационализма в силу этого они как моральные принципы неосуществимые в своем безгранично идеализированном виде и потому могут быть осуществлены лишь частично в неидеализированном виде. Безграничная идеализация идеологических моральных норм обязательно содержит бесконечную их идеализацию в том смысле, что их происхождение в конечном счёте обосновываются мыслимой приверженцами идеологии якобы существующей бесконечной основой мироздания. Идеологическая мораль конкретной идеологии рассчитана на людей, безгранично идеализируемых самими приверженцами конкретной идеологии в соответствии с их идеологией, т. е. рассчитана на искренних приверженцев конкретной идеологии, которые в соответствии со своей идеологией безгранично идеализируют себя и друг друга. Любая идеология категорически императивно отстаивает посредством идеологической веры якобы безусловную истинность своей морали и не признает истинность иной морали, как идеологической, так и рациональной.

Конкретные идеологии не признают также ценность тех моральных норм, которые кто-то пытается представить как якобы общие для приверженцев всех идеологий или идеологий какого-то типа, например, религиозных учений. Любая идеология, рассматривая только свою мораль единственно истинной, рассчитывает сделать всеобщей только свою мораль путем превращения себя во всеобщий взгляд на мир. Всеобщность категорически императивной морали пытался создать Кант посредством конструирования основанной на практической целесообразности и рассчитанной им на всеобщность религиозной идеи о бесконечном нравственном боге-гаранте высшего блага как единства моральности и счастья, верой в существование которого (бога) будто бы целесообразно, согласно его замыслу, руководствоваться приверженцам спроектированного им категорического нравственного императива, чтобы достичь высшего блага, а стремление к высшему благу, согласно Канту, присуще всем. Полагаю, Кант пытался строить мораль по частичной аналогии с правом в том смысле, что рассчитывал придать ей общий для людей независимо от их особенностей и обязательный характер. Однако обязательность норм права обеспечивается силой государства, т. е. внешним принуждением, а для обеспечения обязательности норм морали Кант пытался построить предписывающие рычаги в идейном содержании мышления личности, в первую очередь в идейном содержании разума в понимании его Кантом. Поскольку Кант был сторонником «религиозной практической веры» по соображениям целесообразности, а не «религиозной естественной веры», то он считал полезной свою идею нравственного бога для всех людей. Согласно Канту, разумному существу присуща потребность в счастье, однако “иметь потребность в счастье, быть еще достойным его и тем не менее не быть ему причастным -- это несовместимо с совершенным волением разумного существа. которое имело бы также полноту силы, если мы только попытаемся мыслить себе таковое” (Кант И. Соч. в 6 томах. – т. 4, ч. 1. – М., 1965. – С. 441). Кант полагал, что исходным мотивом морального поведения может быть только сознательное решение исполнить долг путем безусловного следования моральному закону, который в учении Канта похож на априорный. Однако, согласно ему, безусловное следование моральному закону обеспечивает человеку счастье, хотя не стремление к нему должно обусловливать соблюдение морального закона, а уважение к нему, но чтобы надеяться на счастье как составляющей высшего блага, необходимо поверить в якобы существование бога, будто бы обеспечивающего связь между соблюдением нравственного закона и счастьем, а тем самым поверить в якобы существование бессмертия души и свободы как противоположности естественных причинных отношений и соответствия умопостигаемому миру идей, будто бы обеспеченных богом. Тем самым Кант, отвергая религиозную веру в якобы существование бога в качестве исходного мотива категоричного морального поступка, признаёт целесообразной веру в бога как якобы необходимого условия категоричного морального поступка в виде мыслимой будто бы обусловленной богом свободы воли моральной личности и якобы гаранта высшего блага. И потому Кант сформулировал вывод, что “только в том случае, если к ней (морали – Г. А.) присоединяется религия, появляется надежда когда-нибудь достигнуть счастья в той мере, в какой мы заботились о том, чтобы не быть недостойными его” (Кант И. Соч. в 6 томах. – т. 4, ч. 1. – М., 1965. -- С. 463 -- 464). В этой антагонистически противоречивой рациональной и идеологически-религиозной двойственности определения Кантом морали проявилась антагонистическая рационально-идеологическая дуалистичность его мышления.

В силу того, что Кант не различал рациональное и идеологическое мышление (а его и сейчас не различают, за исключением меня), хотя сам он, полагаю, обладал дуалистичным рационально-идеологическим мышлением, и признавал существование только религиозной веры, то он приписал способность к религиозной вере, присущей религиозным верующим, всем людям, что неправильно с точки зрения моей концепции чистого рационализма, согласно которой большинство людей обладают рациональным мышлением, исключающим идеологическую веру, а значительная часть людей обладают дуалистичным рационально-идеологическим мышлением. К тому же Кант ошибочно полагал, будто все люди в состоянии стать религиозными верующими. В действительности людей с чисто идеологическим мышлением, а значит со способностью к идеологической, в том числе к религиозной вере лишь около 7 – 12 %, а искренние приверженцы религий составляют только часть этих людей. Кант пытался создать общую для всех людей независимо от их конкретной религиозной принадлежности мораль, в основу которой пытался положить сконструированную им религиозную идею о якобы существовании нравственного бесконечного бога как гаранта высшего блага в расчете на возможность и желание всех людей уверовать в якобы абсолютную истинность этой религиозной идеи ради достижения высшего блага как единства моральности и счастья. Концепцию якобы основанной на практической целесообразности религии Кант развернуто изложил в работе "Религия в пределах только разума" (1793), через год после публикации которой получил за концепцию выговор от прусского короля Фридриха Вильгельма II в виде королевского указа, в котором монарх выразил свое неудовольствие концепцией Канта относительно будто бы полезности предлагаемой Кантом религии, основанной на будто бы её практической целесообразности. Канту пришлось пообещать впредь не касаться вопросов религии ни в своих работах, ни в лекциях, ведь он не хотел потерять ни работу, ни возможность публиковаться, а поскольку он был домоседом, то вряд ли хотел уехать в другую страну. К тому же поскольку Кант обладал не идеологическим, а смешанным дуалистичным рационально-идеологическим мышлением с, на мой взгляд, заметным доминированием в этот период его жизни рационального мышления, то созданный им проект основанной на практической целесообразности религии был слабо идеологическим и в большей мере рациональным (на мой взгляд, не научным), а потому вследствие слабой идеологичности вряд ли имел для Канта силу категорического императива, в силу чего Кант не был готов жертвовать собой ради этого проекта, хотя он напрямую и не отказался от него.

Любая идеология, которая содержит свою мораль, категорически императивно с помощью идеологической веры предписывает эту мораль в качестве всеобщей для искренних приверженцев этой идеологии, а себя категорически императивно с помощью идеологической веры предписывает для её искренних верующих в качестве единственно истинной и потому всеобщей для всех, кто будто бы достоин абсолютной истины и способен уверовать в её будто бы абсолютную истинность. Категорическая претензия каждой содержащей моральные нормы идеологии на всеобщность норм её идеологической морали содержит понимание всеобщности, сходное с пониманием всеобщности Кантом в сформулированном им нравственном категорическом императиве «... поступай только согласно такой максиме, руководствуясь которой ты в то же время можешь пожелать, чтобы она стала всеобщим законом». Искренний приверженец каждой имеющей мораль идеологии желает, чтобы ее мораль стала всеобщим моральным законом и пытается продвигать ее в качестве якобы всеобщего морального закона. Однако требование морали конкретных идеологий, как я вижу с позиции своей концепции чистого рационализма, категоричнее требования кантовского нравственного категорического императива, поскольку они требуют поступать только согласно такой максиме, которая соответствует претендующей на всеобщность морали этой идеологии.

Идеологическая мораль как нравственный категорический императив является не законом нравственной свободы воли идеологической личности, как в концепции Канта, который в своем проекте основанной на практической целесообразности религии и необходимо связанного с ней нравственного категорического императива предусматривал обязательность нравственной свободы личности осознанно выбрать свой нравственный поступок в виде сознательного желания категорически следовать будто бы всеобщему нравственному закону (в кантовском его понимании), а абсолютно претендующим на всеобщность безвыборным категорическим законом нравственной идеологической неволи личности с идеологическим мышлением, приверженной определенной идеологии. Идеологическая личность не способна быть самодостаточной, естественно, относительно самодостаточной, ведь человеческий индивид как конечное существо в силу непреодолимой природной ограниченности его возможностей не способен быть абсолютно самодостаточным, в том числе идеологическая личность не способна быть самодостаточной при осуществлении нравственного поведения, т. е. она не обладает свободой воли, в том числе нравственной свободой воли и не способна ею обладать, поскольку она руководствуется категорически императивной идеологической верой в якобы существование бесконечной основы мира, которая будто бы проявляется в конечных предметах, в том числе в идеологической личности и в моральных нормах той идеологии, которой она привержена. По этой причине идеологическая личность не руководствуется долгом как добровольным обязательством, в том числе не руководствуется нравственным долгом исполнять нравственный закон. Категорическая императивность веры искреннего приверженца конкретной идеологии, в том числе конкретной религии в якобы ее абсолютную истинность делает невозможным основанное на свободе воли добровольное обязательство личности категорически следовать требованиям своей идеологии, в том числе нравственным. Конкретные идеологии с помощью веры категорически принуждают их адептов неукоснительно следовать им, даже если адептам придется ради этого жертвовать своей жизнью, а потому искренние приверженцы идеологий следуют не долгу, в том числе не нравственному долгу, а категорически предписываемым их идеологиями их обязанностям следовать требованиям, в том числе нравственным их идеологий. Категорически императивная идеологическая нравственная норма имеет для ее идеологических приверженцев такую силу, как если бы она была неумолимым объективным нравственным законом. На мой взгляд, Кант с помощью идеи будто бы существования объективного бесконечного нравственного бога как якобы гаранта высшего блага пытался объективировать сконструированный им нравственный категорический императив для его приверженцев и придать ему с помощью веры людей в якобы существование такого бога силу неумолимого надчеловеческого объективного нравственного закона.

Однако Кант в своем проекте морали, основанной на свободе воли нравственных личностей, а не на идеологической вере, которую не считал основой морали, похоже, не полностью доверял способности нравственной свободы воли индивидов категорически строить своё поведение согласно якобы присущему практическому разуму нравственному закону и счел целесообразным предусмотреть в своем нравственном проекте усиление желаемого им осуществления индивидами выбора в пользу категорического следования ими нравственному закону склонением их с целью усиления такого выбора к вере в якобы существование сконструированного им и существующего лишь в виде его проекта нравственного бога как будто бы гаранта высшего блага. Но о существовании такого бога Кант ни теоретически, ни практически не в состоянии был сказать что-то определённое, т. е. не способен был сказать, отразил ли он реальность или сконструированная им идея бесконечного нравственного бога – это плод его безграничной фантазии, возможно, рассчитывая на то, что люди ради следования его категорическому нравственному императиву, который он считал будто бы совершенным, сознательно займутся самообманом в виде веры в то, что спроектированный им бог как бы существует. Но исходя из разграничения моей концепцией чистого рационализма морали на рациональную и идеологическую мораль, сконструированный Кантом нравственный категорический императив, воплощение которого требует помощи идеи веры в якобы существование бесконечной основы мира в виде бога, будто бы обеспечивающего возможность достижения высшего благо, якобы являющегося целью стремящихся к счастью нравственных личностей, относится как к идеологической морали, так и к рациональной морали, поскольку Кант включил в свой нравственный категорический императив рациональный компонент в виде нравственной свободы воли следующих ему индивидов, который конфликтует с увязыванием Кантом категорического нравственного императива с идеей якобы бесконечного бога. Кант, спроектировав бога сообразно своему образу нравственности, т. е. своим представлениям о нравственном боге как якобы гаранте высшего блага, похоже, рассчитывал на то, что хотя люди будут категорически императивно следовать нравственному закону в первую очередь из уважения к этому закону, но одновременно также будут следовать ему и ради достижения якобы гарантированного богом высшего блага, сознательно веря, что такой бог как бы существует. Полагаю, Кант, исходя из будто бы практической нужды в вере в такого нравственного бога, во-первых, не понимал специфику идеологической, в том числе религиозной веры, которая обусловлена не практическими или иными потребностями, а не замечаемыми Кантом особенностями устройства логики идеологического мышления, а во-вторых, не замечал несовместимость между категорической императивностью и свободой воли.

Утопизм нравственного проекта Канта состоял, на мой взгляд, в том, что он полагал, будто возможно совместить полностью или хотя бы частично нравственную свободу воли и идеологическую веру, нравственную свободу воли и категорическую императивность. Кант, поставив на пути уклонения индивидов от выбора будто бы присущего людям нравственного закона в качестве категорически императивной нормы своего нравственного поведения якобы целесообразность их веры в будто бы существование бесконечного бога как гаранта высшего блага, тем самым вопреки объективному принципу совместимости в проектировании и в целом в инженерии заложил в проект нравственного поведения несовместимые компоненты – свободный выбор индивидом нравственного закона в качестве категорически императивной нормы своего поведения и веру в будто бы существование бесконечного бога как гаранта высшего блага, будто бы представляющему собой единство моральности счастья и стремление к которому якобы присуще всем людям и обладает в концепции Канта чертой, похожей на понимание им априорности. Поскольку любая идеологическая вера, даже основанная на практической целесообразности, которую спроектировал Кант, в будто бы существование бесконечной основы мира, в том числе бесконечного бога неизбежно является категорически императивной и в главном, но не в частностях исключает нравственную свободу личности, то она вступает в антагонизм с абсолютным свободным нравственным выбором, который Канта считал возможным. Также невозможно совместить нравственную свободу воли, которую Кант считал возможной, со следованием категорическому нравственному повелению. Свобода воли, в том числе нравственная свобода воли и категорическое повеление, в том числе категорический нравственный императив несовместимые. Принципом проектирования любого целостного предмета является обязательный учет совместимости закладываемых в проект его характеристик.

Поскольку всякие моральные нормы, как идеологические, так и рациональные, являются фактически принципами поведения и не содержат детализации применительно к каждым конкретным обстоятельствам, то даже идеологическая личность не может не проявлять ограниченную нравственную свободу воли в рамках ее нравственных принципов при выборе своего конкретного нравственного поведения. В то же время поскольку идеологические нравственные нормы являются безгранично идеализированными и в таком идеализированном виде неосуществимыми, хотя сами приверженцы идеологии считают их осуществимыми, то их реализация в осуществимом неидеализированном виде происходит как вынужденно в силу обстоятельств, так и вследствие проявления идеологической личностью нравственной свободы воли в плане учета реальной возможности их реализации и сознательного действия сообразно этому учету. Однако идеологическая личность при осуществлении нравственного поведения не считается с нравственным общественным мнением, даже с нравственным мнением своих единомышленников, за исключением мнения нравственно-идеологических авторитетов, признанных таковыми в конкретной идеологии, в том числе творца конкретной идеологии и его признанных учеников, с нравственным мнением которых идеологическая личность сверяет свои идеологические взгляды, в том числе свое нравственное поведение. Что касается мнения идеологических не единомышленников, а также людей с рациональным мышлением, то нравственная идеологическая личность не признает их ценность для ее нравственного поведения. Я вижу с позиции своей концепции чистого рационализма, что идеологическому мышлению и в целом идеологическому сознанию не присуща совесть как регулятор нравственного поведения, поскольку такая личность руководствуется с помощью идеологической веры идеями конкретной идеологии, предписывающими ей способ ее поведения в мире. Даже в тех случаях, когда идеологической личности приходится проявлять ограниченную нравственную свободу воли в реализации морали своей идеологии, она делает ограниченный выбор сообразно своей идеологии, как она ее понимает, в том числе если это понимание состоит в собственном ее истолковании и дополнении, а также чтобы ее нравственное поведение как можно меньше расходилось с требованиями ее идеологии. Потому данный ограниченный нравственный выбор идеологической личности по своей сущности – это не подлинная свобода воли, а её суррогат. Совесть и нравственное общественное мнение как факторы, влияющие на нравственное поведение личности, присущи не идеологической, а рациональной морали. Идеологическая вера личности в якобы существование бесконечной основы мира является главным рычагом придания идеологическим нравственным нормам силы категорического повеления для их приверженцев. Идеологическая вера в абсолютную истинность определенной идеологии является существенным компонентом содержащейся в ней идеологической морали.

Содержание идеологических моральных норм может иметь сходные черты с содержанием рациональных моральных норм, однако при этом их обоснования коренным образом различаются. Идеологические моральные нормы обосновываются ссылкой на якобы существующую бесконечную основу мира, а рациональные моральные нормы обосновываются ссылкой только на конечные факторы, например, на их полезность для общества. В силу разного причинного обоснования их содержание не способно полностью совпадать. В то же время идеологические моральные нормы способны реализовывать только личности с идеологическим мышлением, а рациональные моральные нормы личности с идеологическим мышлением не реализуют, поскольку для них нет идеологического обоснования. Но нередко рациональные моральные нормы идеологи включают в свои идеологические учения, адаптируя путем модификации их содержание посредством обоснования их идеологическими средствами, в том числе идеей бесконечной основы мироздания. Не всякие идеологические учения имеют свои моральные нормы, однако все люди руководствуются какими-то моральными нормами. Если какое-то идеологическое учение по каким-то причинам не имеет своих моральных норм, то его приверженцы либо сами создают идеологические моральные нормы, приспосабливая их к своему идеологическому учению, либо берут их из других идеологических учений и пытаются их совместить со своим идеологическим учением, либо используют рациональные моральные нормы и адаптируют их к идеологическому учению, которому они привержены.


Последний раз редактировалось: Admin (Вт Янв 02, 2018 9:39 pm), всего редактировалось 42 раз(а)

Admin
Admin

Сообщения : 239
Дата регистрации : 2013-03-12

Посмотреть профиль http://demiurgos.forum2x2.ru

Вернуться к началу Перейти вниз

ПРОДОЛЖЕНИЕ

Сообщение автор Admin в Сб Янв 02, 2016 6:58 pm

Идеологическая личность категорически мыслит себя хотя и конечным предметом, но якобы проявлением бесконечной основы мироздания, в силу чего происходит безграничная идеализация с помощью категорически императивной идеологической веры идеологической личностью себя в виде признания ею себя будто бы причастной к якобы бесконечной основе мироздания и якобы несущей в себе черты этой бесконечности. В силу этого идеологическая личность не мыслит себя обладающей свободой воли и потому является несамодостаточной и не способна к рациональному свободному нравственному выбору, ведь категорический императив и свобода воли антагонисты, а значит, нравственный категорический императив и нравственная свобода воли являются антагонистами. В некотором роде оправданно даже сказать, что идеологические нравственные нормы в силу их категорической императивности не являются собственно нравственными нормами, а представляют собой нравственноподобные категорические идеологические предписания, направленные на принуждение сознания личности, выключающее возможность проявления ее свободы воли, и в определенной мере похожи на инстинкт. Ведь мораль – это поведение, не основанное на принуждении. Потому идеологические личности не пассионарные, а пассионарноподобное, несмотря на их следование надиндивидуалистской морали, хотя их поведение внешне похоже на пассионарное.

Пассионарность личности – это способность личности самостоятельно и добровольно ставить и осуществлять цели, превышающие личные потребности и интересы и даже могущие конфликтовать с ними, в том числе способность подчинять личные интересы общественным интересам. Мораль – это нормы поведения в общностях между людьми и относительно общностей людей, они регулируют отношения людей внутри общностей и между общностями. Моральные нормы носят ценностный характер и регулируют отношения с точки зрения добра и зла, справедливого и несправедливого, хорошего и плохого. Конкретная мораль выражает позитивное отношение с точки зрения признанных в ней представлений о добре, справедливости, хорошем и выражает негативное отношение с точки зрения признанных в ней представлений о зле, несправедливости, плохом. Общечеловеческая идеологическая мораль невозможна в силу невозможности единой идеологии и общечеловеческой идеологии. Всякая идеологическая мораль надиндивидуалистская, т. е. пассионарноподобная. Она регулирует отношения приверженцев конкретной идеологии и выражает позитивное отношение этих приверженцев к своим единомышленникам и к общностям людей, признанным этой идеологией достойными ее позитивного морального отношения, а значит, и к отдельным членам этих общностей, и выражает негативное отношение к общностям людей и к их членам, которые не признаны данной идеологией достойными ее позитивного морального отношения. Идеологическая мораль может учитывать индивидуальные потребности, интересы, иные особенности идеологических личностей, но приоритет отдается в ней общности приверженцев конкретной идеологии. Идеологическая мораль любой идеологии претендует на всеобщность.

Конкретные идеологические моральные нормы регулируют отношения идеологических личностей, являющихся адептами конкретных идеологий, с точки зрения того, как добро и зло, справедливость и несправедливость, хорошее и плохое понимаются конкретными идеологиями, содержание которых, в том числе содержание добра и зла, справедливого и несправедливого, хорошего и плохого определяется всей системой конкретной идеологии. Так, в идеологической коммунистической морали советского типа это содержание одно, в идеологической морали немецкого нацизма – другое, в идеологической морали христианства – третье. В идеологии добро и зло, справедливое и несправедливое, хорошее и плохое, как и в рациональных взглядах, являются антагонистичными противоположностями. Потому всякая позитивная для приверженцев конкретной идеологии идеологическая моральная норма, ориентированная на добро, справедливость, хорошее, содержит в себе негативное для приверженцев конкретной идеологии отношение к противоположности добра, справедливости, хорошего, как они понимаются конкретной идеологией, а значит, к тем общностям людей и к их членам, которые рассматриваются конкретными идеологиями как носители зла, несправедливости., плохого. Поскольку творцами и последователями идеологий являются только люди с идеологическим мышлением, которое не всеобщее, то идеологические моральные нормы не способны быть всеобщими. А поскольку идеология существует в виде множества взаимодействующих на основе конкурентной борьбы идеологий за приверженцев, то даже моральные нормы конкретных идеологий не являются общими для всех людей с идеологическим мышлением, поскольку невозможно тождественное понимание разными идеологиями содержания добра и зла, справедливого и несправедливого, хорошего и плохого. Потому Кант был утопистом, пытаясь создать единую для всех людей практически целесообразную религию и единую для всех людей мораль.

Рациональным моральным нормам следуют только личности с рациональным мышлением, т. е. рациональные личности. Рациональное мышление не в состоянии полноценно содержательно мыслить категорическую императивность идеологической морали, поскольку содержание идеологической морали и ее категоричность обосновываются идеей будто бы существования бесконечной основы мира, якобы проявляющейся в идеологической морали, а рациональное мышлении в силу своего логического устройства, основанного на мышлении только конечных предметов, не способно содержательно мыслить бесконечное. Рациональное мышление также не способно полноценно содержательно мыслить сконструированный Кантом категорический нравственный императив, частично принадлежащий к разновидности идеологической морали, поскольку он увязывает его со сконструированной им идеей как бы существования нравственного бога как якобы гаранта высшего блага, стремление к которому, т. е. к высшему благу будто бы присуще каждому человеку. Рациональный человек мыслит себя обладающим собственным существованием конечным предметом по отношению к другим конечным предметам, в том числе по отношению к другим людям. Для рациональной личности ее вера в свое существование не связана с верой в существование бесконечной основы мира и она не мыслит себя проявлением какого-либо бесконечного абсолюта. В этом плане она является самодостаточной личностью, естественно, относительно самодостаточной, обладающей конечной свободой воли и способной самостоятельно и добровольно выбирать определенный способ своего поведения, в том числе нравственного. Однако есть рациональные личности настолько сильно зависимые от других людей физически или духовно, что они не в состоянии проявлять самодостаточность. Есть также личности с неразвитой способностью к самодостаточности.

Физически свободная рациональная личность, в отличие от физически свободной идеологической личности, обладает в силу своей рациональной самодостаточности в зависимости от степени самодостаточности определенной свободой воли, в том числе определенной нравственной свободой воли, состоящей в ее способности самостоятельно и добровольно делать в границах объективных возможностей выбор своего поведения, том числе нравственного, а также объектов, целей, действий и другого. Но самостоятельность выбора не обусловливает автоматически эффективность выбора, который может быть правильным и неправильным, приводить к полезному эффекту или приводить к издержкам. В отличие от  категорически императивной идеологической морали, которой руководствуются идеологические личности с идеологическим мышлением, рациональная мораль, которой руководствуются рациональные личности с рациональным мышлением, хотя и императивная, а значит, содержит повеление, но не категорическое, а условно императивное, поскольку рациональные личности руководствуются ею добровольно на основе своей свободы воли. Полагаю, рациональная нравственная императивность потому условная, что имеет силу лишь при условии «если личность желает или не желает наступления определенных событий, то ей целесообразно следовать определенным правилам». Она основана на принципе целесообразности и является целесообразной. Полагаю, такой условный императив в концепции Канта назван им гипотетическим императивом и он считал его не подходящим для сконструированного им универсального нравственного закона, который он рассматривал как якобы присущий практическому разуму и который он наделял всеобщим и безусловно обязательным для исполнения характером в случае якобы сознательного свободного выбора индивидом этого закона в качестве принципа своего поведения. Исполнение личностью с рациональным мышлением правил рациональной морали основано на нравственной свободе воли рациональной личности в виде сознательного самостоятельного решения ею вопроса о том, следует ли ей руководствоваться конкретной моралью. На нравственный выбор способны влиять много факторов, как личностных, так и социальных, но они не принуждают категорически к определенному нравственному выбору. Рациональная личность сама решает на основе своей свободы воли, следовать ли ей конкретной нравственной норме.

Рациональное мышление не обладает категоричностью, но оно обладает способностью придавать некатегорическую нормативность многим своим идеям, например, научно-методологическим, правовым, моральным, управленческим решениям, предназначенным для реализации инженерным проектам, технологическим правилам, ценностным ориентирам. В то же время рациональное мышление обязательно содержит в себе возможность сомнения, его уверенность в истинности или ложности каких-то взглядов, правильности или неправильности каких-то норм и действий обязательно содержит сомнение или возможность сомнения, а потому рациональная уверенность является не абсолютной, а относительной убежденностью. В отличие от опирающегося на веру идеологического мышления рациональное мышление опирается на доказательства, а потому использует в качестве первичных данных показания органов чувств, однако органы чувств не являются абсолютно надежным источником наших знаний о мире и потому всегда сохраняется возможность сомнения в истинности отражения ими мира, Однако используемые рациональным мышлением доказательство в конечном счете с помощью практики позволяет ему обретать уверенность в истинности, полезности определенных идей, правил, действий, которая обусловливает возможность и целесообразность придания им императивности для рациональных личностей. Однако наличие неискоренимой возможности сомнения в осмыслении рациональным мышлением реальности не позволяет созданным им нравственным императивным идеям стать  категорически императивными. Исключающая не только сомнение, но даже возможность сомнения идеологическая вера, присущая идеологическому мышлению, придает создаваемым им нравственным идеям категорически императивный характер.

Любая моральная норма опирается на определенное обоснование ее правомерности, ее нужности. В идеологии моральные нормы обосновываются в конечном счете идеей якобы существования  бесконечной основы мироздания, будто бы проявляющейся в конечных предметах, в том числе в человеке.  Рациональные нормы морали мотивируют разными, но конечными причинами, говоря фигурально, «земными причинами». Это может быть польза для общества, польза для индивида, напр., «(не) поступай по отношению к другим так, как ты (не) хотел бы, что бы они поступали по отношению к тебе» («золотое правило этики»), «относись к другому человеку не только как к средству, но в то же время и как к цели» (Кант), «общественные интересы выше личных». Однако не исключена возможность включения рациональных норм морали в систему идеологической морали, напр., рациональная норма «не укради» включена в состав «христианской морали» и обосновывается ссылкой на бесконечного бога. Разновидностей рациональной морали много. Пожалуй, одна из известных древних рациональных моральных норм – это в медицине «клятва Гиппократа». Среди современных рациональных моральных норм это, например, деловая этика, этика ученого.

Идеологическая личность всегда моральная, она не может уклониться от поведения в соответствии с определенными моральными нормами, соответствующими её идеологии. её идеологии. Неморальная идеологическая личность невозможна. Рациональные личности могут не быть моральными и могут не смотреть на мир с позиции нравственных ценностей добра и зла, хорошего и плохого, справедливого и несправедливого. Рациональные личности могут быть также моральными. Если моральная рациональная личность не будет следовать одним нравственным нормам, то она выберет для своего поведения другие нравственные нормы. В силу некатегоричности рациональных моральных норм и их обоснования целесообразностью у моральной рациональной личности существует свобода выбора (в границах конкретных возможностей выбора) определенных моральных норм в качестве правил своего поведения. Вследствие такой свободы выбора исполнение конкретных рациональных моральных норм не является для рациональной личности безусловно обязательным, в отличие от конкретного идеологического нравственного категорического императива, безусловно предписывающего его идеологическому приверженцу следовать ему так, как если бы он был неумолимым объективным нравственным законом. Но поскольку физически свободная моральная рациональная личность не в состоянии не следовать каким-то моральным нормам, то игнорирование ею одних конкретных моральных норм обусловливает выбор ею в качестве своих других моральных норм, а поскольку количество систем морали объективно ограничено и на возможность выбора рациональной личностью конкретной морали в качестве своей накладывают зачастую непреодолимые ограничения различные внешние условия ее жизнедеятельности, то нравственная свобода воли рациональной личности всегда в той или иной мере ограничена, является относительной. С точки зрения рационального мышления, признающего осуществимость только конечных предметов, возможна лишь конечная, а значит, относительная свобода воли и невозможна конечная абсолютная свобода воли кого-либо, а бесконечная абсолютная свобода воли не мыслима содержательно рациональным мышлением.

В регулировании морального поведения рациональной личности действуют, кроме нравственной воли личности как ее способности сознательно делать рационально обоснованный нравственный выбор и побуждать себя действовать в соответствии со своим нравственным выбором, и другие факторы, в том числе нравственное содержание рациональных ценностей, относительно которых рациональная личность делает выбор, долг как сознательно взятое рациональной личностью нравственное обязательство, а также совесть и общественное нравственное мнение, которые рациональная личность осознанно считает целесообразным учитывать, а в ряде случаев даже нравственное мнение идеологических личностей, если они предстают для рациональной личности просто как люди, а не как носители определенного идеологического мировоззрения. Рациональное мышление способно признавать ценность многих рациональных систем морали, однако ценность идеологических систем морали оно не способно оценить, поскольку не способно содержательно мыслить бесконечную основу мироздания, идеей якобы существования которой обосновываются идеологические системы морали, т. е. рациональное мышление не способно полноценно содержательно мыслить категорический нравственный императив всякой идеологии.

Рациональным нормам невозможно дать обоснование бесконечной основой мира, поскольку рациональное мышление не в состоянии содержательно мыслить бесконечное. Рациональные моральные нормы обосновываются только идеями конечных причин. Рациональные моральные нормы могут быть неидеализированными и безгранично, но не бесконечно идеализированными. Безгранично идеализированные и неидеализированные рациональные моральные нормы – это две разновидности рациональных моральных норм. Безгранично идеализированные рациональные моральные нормы не осуществимы в их идеализированном виде и потому их возможно осуществить лишь частично в неидеализированном виде при условии, если в неидеализированном виде они реалистичные.

И все же несмотря на то, что рациональное мышление содержит в себе возможность сомнения, препятствующего категоричности рациональных моральных норм, хотя не только оно препятствует их категоричности, во все времена существования человечества были, есть и, полагаю, будут рациональные личности, которые способны неукоснительно следовать рациональным моральным нормам не только вопреки своим личным интересам, но даже жертвуя собой ради соблюдения определенных моральных норм, т. е. настолько сильно императивно воспринимая следование этим нормам как свой нравственный долг. что это похоже на следование идеологической личности идеологическому категорическому нравственному императиву. Устройство логики рационального мышления способно обеспечить условную императивность рациональных моральных норм для моральных рациональных личностей, но в логическом устройстве рационального мышления не вижу механизма, способного обеспечить для многих моральных рациональных личностей такую высокую силу императивности нравственных норм, которая похожа на силу категорической императивности моральных норм для идеологических личностей, Потому встает вопрос, как обеспечивается высокая императивность рациональных норм для моральных рациональных личностей? Ведь рациональный субъект в силу особенностей логики своего рационального мышления не в состоянии воспринимать нормы морали как абсолютную ценность, которой ему будто бы необходимо следовать во что бы то ни стало, а если понадобится, то даже жертвуя ради нее своей жизнью, поскольку мыслить нормы морали как абсолютную ценность способно только идеологическое мышление, рассматривающее их как будто бы проявление бесконечного абсолюта.

Полагаю, причину высокой императивности рациональных моральных норм для многих моральных рациональных личностей оправданно искать в особенностях их характера. Рациональные личности бывают по своему характеру пассионарными и сильно выраженными индивидуалистскими, а также в их характере могут одновременно присутствовать конфликтующие индивидуалистские и пассионарные черты. Эти черты характера ограничивают возможность проявления свободы воли рациональной моральной личности. Потому в отличие от идеологической морали рациональная мораль бывает пассионарная, т. е. надиндивидуалистская, и индивидуалистская. Индивидуалистские личности следуют индивидуалистской морали, а пассионарные личности следуют пассионарной морали. Сильные индивидуализм и пассионарность рациональных личностей влияют на высокую императивность рациональных норм морали для них. Для некоторых сильно эгоистичных личностей их индивидуалистская мораль способна иметь очень высокую побудительную силу. Разнообразная по силе и направленности рациональная социальная пассионарность как предрасположенность рациональной личности к предпочтению общественных ценностей личным способна с разной силой, в том числе с очень большой силой императивно побуждать рациональную личность делать нравственный выбор в пользу общественных или индивидуалистских ценностей. На силу императивности рациональных нравственных норм для моральной рациональной личности способны влиять также особенности целесообразности конкретных нравственных норм, иные особенности характера рациональных личностей, их сила воли, особенности объекта конкретного нравственного отношения, цели конкретного нравственного поведения, особенности их совести, сознания нравственного долга, способность конкретных рациональных личностей учитывать нравственное общественное мнение и иные факторы. Однако эти и иные факторы, в том числе индивидуализм и пассионарность лишь располагают к определенному способу нравственного поведения, но они не предписывают категорически определенный способ нравственного поведения и оставляют физически свободной моральной рациональной личности свободу нравственного выбора, проявления ее нравственной свободы воли, которую разные рациональные личности используют по разному, в том числе иные личности пытаются уклониться от свободного выбора, однако уклонение от выбора -- это тоже выбор. Императивность нравственного поведения рациональной личности противоречит логике рационального мышления, однако логика рационального мышления не препятствует императивности для рациональной личности содержания её конкретных идей. В то же время люди с дуалистичным рационально-идеологическим мышлением следуют противоречивой дуалистичной рационально-идеологической морали и её моральные нормы могут иметь для них разную императивную силу – идеологические моральные нормы имеют идеологическую категорически императивную силу, а рациональные нормы имеют условную императивную силу.

Я отвлекаюсь от содержания рациональной и идеологической морали и рассматриваю эти типы морали лишь с точки зрения особенностей влияния на них логики рационального и идеологического мышления, поскольку нормам рациональной морали следуют люди с рациональной логикой мышления, нормам идеологической морали следуют люди с идеологической логикой мышления, а нормам смешанной дуалистичной рационально-идеологической морали следуют люди с дуалистичным рационально-идеологическим мышлением. Влияние идеологической логики на мораль имеет для морали существенные недостатки, состоящие во-первых, в том, что идеологической морали придерживаются только люди с идеологическим мышлением, во-вторых, в том, что идеологическая логика обусловливает создание моральных норм безгранично идеализированными и в силу этого не поддающимися реализации в их безгранично идеализированном виде, а могущими быть реализованными лишь частично в неидеализированном виде, если они частично реалистичные, а в-третьих, в том, что категорическая императивность идеологической морали, естественно, для людей с идеологическим мышлением, безоговорочно предписывает идеологическим личностям неукоснительно следовать даже таким нормам, которые могут нести огромный вред даже всему человечеству. Императивность правил поведения, действующих в качестве чьих-то нравственных норм, или конституируемых кем-то в качестве чьих-то нравственных норм, или намеченных к конституированию кем-то в качестве чьих-то нравственных норм, т. е. необходимость следования им не очевидна без какого-либо обоснования этой необходимости. Рациональное мышление рационально обосновывает нравственные правила поведения в качестве условно императивных нравственных норм, а идеологическое мышление идеологически обосновывает нравственные правила поведения в качестве категорически императивных нравственных норм.



31. 12. 2015

См. также по теме работы автора: Антонюк Г. А. Социальная идеализация // Духовно-ценностные ориентиры массовых действий людей. Тезисы докл. республ. межвузовской научн. конференции 19 -- 21 мая 1992 года. -- Гродно, 1992, Ч. II; Он же. Ідэалізацыя // Беларуская энцыклапедыя. -- Мінск, 1998, Т. 7; Он же. Марксистская философия, вера и новый рационализм // Гуманитарно-экономический вестник. -- Минск, 1997, № 4, Demiurgos.communityhost.ru, 17. 09. 07, Lebedev.ru, 3. 12. 2007, SciTecLibrary, 21. 12. 2007; Он же. Ідэалогія // Беларуская энцыклапедыя. -- Мінск, Беларуская энцыклапедыя, 1998, Т. 7; Он же. Iдэалогія, ідэалізацыя і вера // Гуманитарно-экономический вестник. -- Минск, 1998, № 2, Demiurgos.communityhost.ru, 4. 06. 2007 (Идеология, идеализация и вера // Demiurgos.communityhost.ru, 4. 06. 2007, Lebedev.ru, 17. 12. 2007; Он же. Идеология и государство // Субъективные притязания и объективная логика в развитии общества переходного типа: Материалы межд. науч. конф. -- Гродно, 1998, Demiurgos.communityhost.ru, 8. 06. 2007; Он же. Социальная идеализация, идеология и общество // Гуманитарно-экономический вестник. -- Минск, 1998, № 4 (11), Demiurgos.communityhost.ru, 6. 06. 2007; Он же. Идеологи и правители (антиидеологическая защита государства и его правителей) // Гуманитарно-экономический вестник. -- Минск, 1999, № 2, Demiurgos.communityhost.ru, 4. 06. 2007, Kasparov.ru, 3. 01. 2008, Lebedev.ru, 15. 01. 2008; Он же. Правитель, идеологическая вера и рационализм // Demiurgos.communityhost.ru, 8. 09. 07; Он же. Большая стирка мозгов может не получиться // Белорусский рынок (Белорусы и рынок). -- Минск, № 8, 1-8. 04. 2004; Он же. Идеологическая вера и религиозный экстремизм // Kreml.org, 10. 11. 04, Demiurgos.communityhost.ru, 12. 08. 07; Он же. Религия и рационализм (особенности и значение в управлении обществом и человечеством) // Demiurgos.communityhost.ru, 11. 08. 2007; Он же. Деидеализация и антиидеализация как методы рациональной критики идеологии (идеологоведческий подход) // Demiurgos.communityhost.ru, 28. 08. 2007, Lib.mexmat.ru, 12. 09. 2007; Он же. Методы самоопределения адептами идеологий подлинности своей идеологической веры // Demiurgos.communityhost.ru, 18. 09. 2007; Он же. Методика самозащиты от идеологии при анализе научных концепций и социально-инженерных разработок // Demiurgos.communityhost.ru, 19. 09. 2007; Он же. Рациональный и идеологический подходы в управлении Россией // Demiurgos.communityhost.ru, 19. 12. 2007, Kasparov.ru, 19. 12. 2007; Он же. Современные российские правители и идеология // Demiurgos.communityhost.ru, 12. 04. 2008, Kasparov.ru, 12. 04. 2008; Он же. Правитель, идеология, рационализм и наука // Demiurgos.communityhost.ru, 8. 09. 2007, Lebedev.ru, 15. 04. 2008; Он же. Наука, идеология и общая теория идеализации и идеализированного предмета // Demiurgos.communityhost.ru, 5. 06. 2008; Он же. Введение в науку о мировоззрении (эйдологию) // Demiurgos.communityhost.ru, 27. 09. 08, Heorhi.ru.gg, 27. 09. 08, Lebedev.ru, 28. 09. 08; Он же. Мышление и идейная суверенность личности // Demiurgos.communityhost.ru, 2. 11. 08, Lebedev.ru, 2. 11. 08, Heohi.ru.gg, 2. 11. 08, heorhi.livejournal.ru, 2. 11. 08; Он же. Вера и духовная свобода воли // Demiurgos.communityhost.ru, 26. 06. 2010; Он же. Свобода выбора веры // Demiurgos.communityhost.ru, 08. 01. 2011; Он же. Вера человека в свое существование // Demiurgos.communityhost.ru, 13. 12. 23011; Он же. Регулятивная способность мышления // Demiurgos.communityhost.ru, 21. 12. 2011; Он же. Мысль человека о своем существовании как логическая форма мышления// Demiurgos.communityhost.ru, 24. 12. 2011. Он же. Особенности идеологического и рационального мышления // Demiurgos.communityhost.ru, 25. 12. 2011; Он же. Черты идеологической и рациональной логик // Demiurgos.communityhost.ru, 26. 12. 2011; Он же. Предметная логика // Demiurgos.communityhost.ru, 31. 12. 2011, demiurgos.sosbb.ru; Он же. Когитивный антагонизм и когитивная терапия // Demiurgos.communityhost.ru, 3. 01. 2012; Он же. Рациональное и идеологическое мировоззрение // Demiurgos.communityhost.ru, 8. 01. 2012; Он же. Крах претензии философии на общезначимость // Demiurgos.communityhost.ru, 12. 01. 2012; Он же. Закон абсолютной когнитивной  неопределенности рационального мышления // Demiurgos.communityhost.ru, 13. 01. 2012; Он же. Идеологический и рациональный методологические подходы // Demiurgos.communityhost.ru, 21. 01. 2012; Он же. Несовместимость идеолого-философской веры и теоретичности философии // Demiurgos.communityhost.ru, 23. 01. 2012; Он же. Эволюционная неприспособленность мышления к познанию идеального // Demiurgos.communityhost.ru, 5. 02. 2012; Он же. Сократ и Платон – первооткрыватели идеального как реальности // Demiurgos.communityhost.ru, 7. 02. 2012: Он же. Мышление бесконечного в науке и философии // Demiurgos.communityhost.ru, 27. 02. 2012; Он же. Философология (философоведение) // Demiurgos.communityhost.ru, 12. 03. 2012; Он же. Философия не способна быть себе наукой // Demiurgos.communityhost.ru, 21. 03. 2012; Он же. Неосознанное применение Кантом безграничной идеализации и абстрактных предметов для построения когнитивных оснований науки и философии // Demiurgos.communityhost.ru, 19. 06. 2012; Он же. Полифункциональность идеи основы мира в виде вещи в себе в трансцендентальной философии Канта и рационально-идеологический дуализм его мышления // Demiurgos.communityhost.ru, 13. 11. 2012; Он же. Кант – первооткрыватель категорической императивности, сознательный первосоздатель квазиреальности и рациональная немыслимость его категорического императива // Demiurgos.communityhost.ru, 1. 02. 2013; Он же. Научный подход к созданию философии // demiurgos.sosbb.ru, 5. 03. 2013; Он же. Отношение личности и мировоззрения как объект мировоззренческой инженерии // demiurgos.sosbb.ru, 13. 03. 2013; Он же. Ученый и религия // demiurgos.sosbb.ru, 18. 03. 2013; Он же. Особенности рационального и идеологического методологических подходов в осмыслении мира и в деятельности // demiurgos.sosbb.ru, 19. 03. 2013; Он же. Проблема научного познания идеологического мышления // demiurgos.sosbb.ru, 16. 04. 2013; Он же. Идеологическая вера и рациональная уверенность // demiurgos.sosbb.ru, 17. 04. 2013; Он же. Ценностная природа философии и философская вера // demiurgos.sosbb.ru, 22. 11. 2013; Он же. Эйдосы как субституты рационального и идеологического мышления // demiurgos.sosbb.ru, 13. 03.. 2014; Он же. Закон абсолютной когнитивной определенности идеологического мышления demiurgos.sosbb.ru, 2. 04. 2014; Он же. Идеологическая вера присуще интеллектуально несамодостаточным личностям // demiurgos.sosbb.ru, 5. 12. 2014; Он же. Научное знание и религиозная вера // demiurgos.sosbb.ru, 6. 01. 2015: Он же. Безгранично идеализационная парадигма понимания науки // demiurgos.sosbb.ru, 19. 01. 2015: Он же. Особенности научного мировоззрения // demiurgos.sosbb.ru, 1. 02. 2015; Он же. Способность идеального в виде мышления и в целом психики к неопределенно длительному существованию // demiurgos.sosbb.ru, 11. 02. 2015; Он же. Особенность логики идеологической веры относительно логики рациональной уверенности // demiurgos.sosbb.ru, 28. 11. 2015; Он же. Отражательно-конструктивная и субститутная функции эйдосов рационального и идеологического мышления // demiurgos.sosbb.ru, 15. 12. 2015.

Автор Антонюк Георгий Александрович, доктор философских наук, профессор (Беларусь, Минск).

Адрес текста "ГЕОРГИЙ. МИРОПОНИМАНИЕ": http://demiurgos.sosbb.ru.

При использовании помещенных на данном форуме материалов ссылка на его адрес http://demiurgos.sosbb.ru обязательна.

См. также научные работы автора на его однотипных сайтах http://heorhi.livejournal.ru, http://poleschuki.livejournal.ru, http://belorussiyane.ru, http://heorhi.ru.gg, а также на чужих сайтах (http://kreml.org, http://lebedev.ru, http://sciteclibrary.ru, http://dxdy.ru (на http://lib.mexmat.ru) и др.

Admin
Admin

Сообщения : 239
Дата регистрации : 2013-03-12

Посмотреть профиль http://demiurgos.forum2x2.ru

Вернуться к началу Перейти вниз

Re: НРАВСТВЕННЫЙ КАТЕГОРИЧЕСКИЙ ИМПЕРАТИВ И НРАВСТВЕННАЯ СВОБОДА ВОЛИ

Сообщение автор Спонсируемый контент


Спонсируемый контент


Вернуться к началу Перейти вниз

Вернуться к началу


 
Права доступа к этому форуму:
Вы не можете отвечать на сообщения